Основная цель Кремля — предъявить в глобальной политике образ дестабилизированной Украины, и тем самым показать, что все постмайданное развитие Украины пришло к катастрофическому концу, обнулить тем самым и весь Евромайдан и все те силы, которые совершили важный отрыв Украины от среды, в которой Кремль ведет гегемонистскую политику, считая себя «хозяином Евразии».

Об этом пишет научный сотрудник Карлова университета (Прага) Александр Морозов в своей статье для Delfi.

По его словам, до 2014 года Кремль не ставил под вопрос суверенитет Украины и считал, что ведет работу в рамках концепции «мягкой силы». Но после бегства Януковича 22-23 февраля 2014 года, решения Путина вывезти его с территории Украины, а затем и решения Совета Безопасности РФ начать операцию по аннексии Крыма вся кремлевская политика в отношении Украины переместилась из зоны «мягкой силы», экономического шантажа, опоры на дружественный украинский крупный бизнес — в зону глобального геополитического конфликта.

Полностью изменились и механизмы влияния Кремля на внутреннюю политику Украины: началась «гибридная война» во всех ее возможных формах. Российское влияние на внутреннюю политику Украины после 2014 года имеет четыре уровня.

Уровень первый — влияние войны. В первую очередь, российское влияние представлено самим фактом агрессии и тем, что Россия создает «повседневность войны». Война проникает очень глубоко, порождая несколько разных реакций, имеющих и политическую проекцию.

Loading...
Loading...

«Кремлевские медиа охотно опираются на бытовой цинизм, при котором любые слова и действия не только украинских и российских, а вообще всех политиков мира толкуются как эгоистичные, и продиктованные только личными интересами. Политики наживаются на войне, в то время как простой человек хочет мира. С этим тезисом удобно работать тем политическим силам в Украине, которые выступают с позиций примирения с Россией на ее условиях. Этот же тезис чрезвычайно выгоден и Кремлю, поскольку позволяет строить свою пропагандистскую линию на схеме «простой народ Украины хочет мира — политики хотят войны»», — считает Морозов.

Второй уровень — влияние медиа. Даже и с началом войны медиавозможности Кремля в Украине далеко превышают возможности формировать свою повестку дня в любой другой стране, поскольку практически все население Украины говорит и понимает по-русски и имеет общую «культурную клавиатуру» с Россией.

«Распространение в российских медиа каких-либо сведений об украинских олигархах, о старых или новых политических партиях или закулисных альянсах, прокачка в российских генераторах новостей негативной информации об украинской экономике — все это легко перебрасывается внутрь Украины — и в экспертную журналистику, и на уровне «сарафанного радио». Главные хабы по производству российского медиапотока постоянно поддерживают тему Украины», — утверждает политолог.

Третий уровень влияния осуществляется через политические и экономические группы, формирование которых тесно связана с Россией, и даже уже непосредственно с периодом путинского правления. Такие украинские олигархи могут способствовать пророссийским кандидатам и на выборах 2019 года.

Уровень четвертый — влияние так называемых «пророссийских» политических партий. Прямое влияние Кремля на украинские выборы, в первую очередь, связывают с Оппозиционным блоком и возникающими в его орбите политическим проектами: Медведчука, Левочкина и Бойко. План Кремля в отношении выборов в Украине заключен в том, чтобы сделать ставку не на президентские выборы, а на выборы в Верховную Раду в расчете значительно увеличить свою фракцию и привести Медведчука на пост вице-спикера. При этом политолог отмечает, что сама политика Кремля накануне выборов не способствует улучшению положения пророссийских партий, поэтому они не могут выступить ни с какими убедительными для электората идеями снижения напряженности и примирения.