Настоящий новогодний подарок сделал украинским налогоплательщикам Петр Порошенко. «Слепой траст» Rothschild Trust (Schweiz), которому президент Украины, грубо нарушив Закон Украины «О предотвращении коррупции», передал в 2016 году в управление свои активы, впервые за три года принял решение перечислить Порошенко дивиденды в размере более 556 млн грн. (Около 20 млн. долларов США).

Об этом на своей странице в Фейсбук пишет журналист Владимир Бойко.

Выплата дивидендов служит еще одним подтверждением слухов о срочной продаже Петром Алексеевичем своих активов с целью предотвращения их возможной конфискации после смены власти в Украине. Люди врут, что именно из-за правдивую оценку своих политических перспектив Порошенко продал «Кузницу на Рыбацком», а сейчас ведет переговоры о продаже остальных принадлежащих ему предприятий с двумя потенциальными покупателями — группой предпринимателей из Украины, России и Литвы и Дмитрием Фирташем, которому после приобретению активов Порошенко обещана помощь со стороны Джа Байдена и Майкла Пенса. При этом деньги будут поступать на счет президента Украины в банке Манхэттен Чейз, а соглашение должно быть закрыто до 1 марта 2019 года.

Loading...
Loading...

Хорошая же новость для украинских налогоплательщиков заключается в том, что и дивиденды Порошенко в размере 556 млн. грв., и все его активы подлежат конфискации в доход нищего государственного бюджета. Ибо, Петр Алексеевич не выполнил требования статьи 36 Закона Украины «О предотвращении коррупции», которая устанавливает, что именно президент должен был сделать со своими корпоративными правами и принадлежащими ему предприятиями — он обязан был до 26 мая 2015 передать их в управление лицу, которая имеет лицензию Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку на осуществление деятельности по управлению активами. Подчеркиваю — передать НЕ оффшорной компании, не «слепому трасту», а украинскому субъекту предпринимательской деятельности.

Поскольку президент Украины нарушил этот порядок и не предоставил в НАЗК нотариально заверенные копии договора о передаче своих активов в управление лицу, имеющему лицензию Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку на осуществление деятельности по управлению активами, все принадлежащие ему корпоративные права и полученный доход подлежат конфискации. Конечно, пока Порошенко у власти, он за свои деньги и имущество может не беспокоиться. Но после потери им короны найдется немало желающих поквитаться с экс-монархом.

И здесь есть принципиальное отличие между конфискацией денег Януковича, совершенной с разрешения Порошенко путем вынесения тайного решение Краматорским судом, и будущей конфискацией активов самого Порошенко. Надлежащие Януковичу средства находились или в денежной форме, либо в виде ценных бумаг, и эти средства нужно было, во-первых, разыскать, во-вторых, доказать, что они принадлежат именно Януковичу, в-третьих — доказать, что полученные бывшим президентом в незаконным способом. Наверное, если бы Генеральная прокуратура нашла убедительную доказательную базу, никакой потребности в тайных судебных решениях не было. А, следовательно, рано ставить точку в этой истории (напомню, что за газ, который в свое время премьер-министр Украины Юлия Тимошенко вместе со своим верным абреком Андреем Портновым конфисковала у Дмитрия Фирташа, после смены власти пришлось расплачиваться украинским плательщикам налогов).

Другое дело — это активы Порошенко. Разыскивать «Кузницу на Рыбацком», кондитерские фабрики или фирменные магазины «Рошен» не надо и никуда они из Украины не денутся. При этом, то обстоятельство, что предприятия Порошенко на момент конфискации принадлежать другим людям не будет иметь никакого значения: с точки зрения украинского законодательства сделки купли-продажи являются ничтожными, а новые владельцы не будут считаться добросовестными приобретателями. Впрочем, после конфискации имущества контрагенты Петра Алексеевича смогут заявить к нему регрессные требования, чтобы получить назад уплаченные деньги — но украинских налогоплательщиков это уже не будет интересовать.