Предварительные результаты референдума о независимости французской заморской территории Новой Каледонии показывают, что большинство избирателей решили остаться частью Франции

Об этом сообщает LeFigaro со ссылкой на местные СМИ.

По подсчетам 90% голосов 56,8% избирателей отвергли независимость Новой Каледонии.

Явка на референдуме была очень высокой и составила 81%. Для сравнения, на последних местных выборов 2014 году на участки пришли 58,1% от тех, кто имеет право голоса.

Новая Каледония — архипелаг из десятков островов в южной части Тихого океана, в 15 000 километров от Парижа, вошедший в состав Французской империи в 1853 году.

С 1998 года является административно-территориальным образованием Франции. Согласно с Нумейскими соглашениями, подписанными этого же года после насильственной кампании со стороны сепаратистов из коренного населения, к 2018 году в Новой Каледонии должен был пройти референдум о статусе территории.

Согласно соглашениям 1998 года, в случае поражения сторонников независимости на первом референдуме, у них будет возможность инициировать еще два аналогичных референдумы до 2022 года.

Мирный договор, подписанный после гражданской войны между Францией, французскими лоялистами в Новой Каледонии и Канакским социалистическим фронтом национального освобождения, обещал более справедливое распределение природных ресурсов этой территории и положил начало процессу деколонизации, который завершится на референдуме 4 ноября.

«Франция отнимает так много, а наши экономические беды остаются», — говорит Одетт Муанду, сторонница независимости и политический активист из Тио.

Архипелаг контрастов

Даже те, кто не принадлежит к коренному населению Новой Каледонии, говорят, что они пострадали от французского господства.

Город Нумеа — столица Новой Каледонии / Фото Seig & Alice Kopinitz via Flickr

Кристиан Буль — фермер из Тио и потомок ранних поселенцев Новой Каледонии, отправленных Францией для колонизации этих земель. Буль — один из немногих жителей, не являющихся канаками, кто остался в Тио после осады 1984 годаЭ говорит что у здешней молодежи здесь нет других стремлений, кроме как покинуть Тио и отправиться в столицу, город Нумеа, чтобы заработать на жизнь

«Где деньги шахты, которые могут нам помочь выйти из этой тяжелой ситуации?» – задается он вопросом. Его небольшая ферма служит также местом размещения редких туристов, заезжающих в Тио, хотя в основном он принимает иногородних рабочих шахты.

«У здешней молодежи здесь нет других стремлений, кроме как покинуть Тио и отправиться в столицу, город Нумеа, чтобы заработать на жизнь», — говорит Буль. Но часто они не могут добиться успеха в большом городе.

Столица предлагает роскошь, которую не увидишь больше нигде в окрестностях.  Обитающие здесь французские иммигранты часто зарабатывают гораздо больше, чем получали бы во Франции. К примеру, зарплата французских госслужащих в Нумеа почти в два раза выше, чем в Европе.

Когда говорят, что Новая Каледония выгодно воспользовалась своим колониальным прошлым, часто подразумевают именно Нумеа.

Однако лидеры движения за независимость считают город Тио одной из скрытых ран этой территории, которые все еще требуют исцеления после 30-летнего процесса деколонизации.

«Тридцать лет – это слишком мало, если учесть что 165 лет мы прожили под колониальным господством, — говорит активистка Одетт Муанду, выступающая за независимость. — У нас не было времени, чтобы обрести собственный голос».