Самый сложный эпизод для украинских бойцов на Донбассе был, когда их с трех сторон окружили сепаратисты, а сзади была российская граница

Об этом рассказал «Апострофу» Александр Животовский — бывший боец 79-й отдельной аэромобильной бригады.

«На мой взгляд, киборгами мы стали не в аэропорту, а во время того выхода из окружения. Это был переломный момент. Было очень сложно с поставками: если одна из четырех колонн прорывалась, то уже было очень хорошо. Когда я ел раз в день мисочку какой-то жидкости, где плавало кусочек-два картофеля, это было вообще супер. Сбросил тогда килограммов 20», — поделился бывший военнослужащий.

Также он рассказал, что еду тогда начали сбрасывать на парашютах, но в какой-то момент самолеты прекратили летать.

«Мы не знали, что происходит, потому что для того, чтобы почитать новости, нужен интернет, а для него – сеть и заряженный телефон. Я спрашивал командира, что случилось, потому что есть хочется. Он сказал, что сбили какой-то пассажирский самолет, поэтому полеты прекратились. О всех деталях я узнал, уже когда попал на «большую» Украину», — отметил Животовский.

Бывший боец рассказал, как они выбрались из окружения: «Чтобы выйти из окружения, группировка разделилась на две части, между нами был день дороги. Нас прикрывала артиллерия и удалось прошмыгнуть … Другая группа, более боеспособная и не обремененная ранеными, хотела немного пошуметь, а не так просто выйти. Когда я доехал до какого-то промежуточного лагеря, то утром туда привезли ребят, с которыми мы только вчера разделились. Их накрыли с артиллерии под Зеленопольем.

Про свою группу Животовский отметил, что ее тоже накрыли, но не так мощно.

«Я пересидел в блиндаже, а у них блиндажей, по сути, не было. Мы приехали на готовые позиции, большинство успело найти укрытие. После этого те, кто не сдался, стали основой так называемых киборгов», — сказал он.

По словам Александра, по сравнению с границей аэропорт был прогулкой.

«Спать хотелось, было очень холодно. Если за сутки я спал часа четыре, то я считал, что очень хорошо поспал. Например, позиция, на ней я и напарник. Продолжается перестрелка, он хлопает меня по плечу: «Все, время». Становится вместо меня, а я пытаюсь вздремнуть. Но ясное дело, что когда бой интенсивный, то никакого сна не будет», — поделился Животовский.