После спецоперации с Аркадием Бабченко, британский журналист и публицист, автор множества публикаций, посвященных анализу экономической и политической жизни России Эдвард Лукас в авторском материале для издания The Times заявил, что трюки вроде инсценированных убийств вряд ли помогут Украине, которая изо всех сил стремится поддерживать хорошие отношения с Западом

Приводим полный перевод статьи.

«Слухи о смерти Аркадия Бабченко оказались сильно преувеличены. Обосновавшего в Киеве журналиста не убили кремлевские заплечных дел мастера. Наоборот, в ходе специальной операции его жизнь оказалась спасена, а убийцы — пойманы. Украинские власти, в особенности служба безопасности СБУ, празднуют ошеломительный, по их мнению, поворот.

По их словам, раскрой они карты раньше, пропали бы бесценные улики. А так украинцы не только захватили внушительный арсенал оружия и взрывчатки, но и убедили в реальности убийства российские власти — а это дало второй урожай перехваченных сообщений о других готовящихся покушениях. И помогло спасти новые жизни. Так что если предположить, что это не просто голословные утверждения, то подобные ухищрения в самом деле были оправданы.

Но даже самые ярые сторонники не могут не признать, что цена операции оказалась завышена. Для начала, этот трюк глубоко травмировал семью Бабченко, а также его друзей и коллег — целые сутки они были уверены, что он мертв.

В более широкой перспективе, свободное общество напрямую зависит от доверия людей. Такие же фокусы доверие подрывают — будь то дома или на международной арене. Тот, кто наблюдает нелепые события этой недели со стороны, вполне может заключить, что Украина больше смахивает на банановую республику, чем на надежного партнера. Это как Италия 1960-х из классической пьесы Дарио Фо (Dario Fo) «Случайная смерть анархиста». Киевская оперетта сможет сыграть стране дурную службу. Российские пропагандисты уже ерничают: а что если атака с применением нервнопаралитического вещества в Солсбери тоже была постановкой?

Россию часто обвиняют в том, что она делает из новостей политическое оружие. Так что критики сейчас вам расскажут, что Украина сделала то же самое. С практической точки зрения, после утверждений о смерти Бабченко будет лишь сложнее всколыхнуть народный гнев после следующего зверства — на сей раз уже настоящего.

Хуже всего то, что эта провокация с подставным лицом Россию вовсе не обескуражила. Страна нахально отрицает, что в 2014 году сбила рейс MH-17, утверждает, будто войска, посланные на Украину, были туристами, и вводит наказание за обсуждение преступлений советского режима. На «гибель» Бабченко Кремль отозвался потоком лжи и пустых угроз — так там реагируют на всякую неудачу. Предоставь Украина самые исчерпывающие доказательства, России и ее сторонниками они будут как слону дробина.

Стремление украинских властей защитить Бабченко от предполагаемых убийц достойно похвалы, но, к сожалению, весьма неожиданно. Предыдущие убийства известных журналистов-эмигрантов и активистов снискали Украине дурную славу. Особенно неприятно убийство белорусского журналиста Павла Шеремета, которого взорвали в Киеве два года назад. Независимое расследование, проведенное иностранными журналистами (в рамках «проекта оповещения об организованной преступности и коррупции») вскрыло ряд невероятных подробностей и даже след СБУ. Подозрения сгущаются и на сей раз, если принять во внимание внутриполитическую ситуацию на Украине. Грядет предвыборная кампания, и фокус с Бабченко вполне мог стать в ней первым залпом.

Придирки извне украинцев раздражают. И у них есть своя логика. Журналистам, чьих имен нет в расстрельном списке Кремля, очень просто рассуждать о судьбе коллег, подвергающихся реальной опасности. Люди из богатых и безопасных стран должны быть более сдержаны в своих оценках Украины: ведь она, невзирая на невероятные политические и экономические злоключения смогла остановить наступление русских. Правда, цену пришлось заплатить высокую: погибло 7 000 военных и мирных жителей. Боевые действия продолжаются, хотя за рубежом и потеряли к ним интерес.

Политолог Екатерина Крук жалуется, что Запад все время забывает, что ее страна имеет дело с «террористическом государством». Вчера она написала следующее: «Крым аннексирован. Война на востоке Украины продолжается. МН-17 сбит. Украинских узников совести удерживают в России. А критики все требует, чтобы операции СБУ были элегантны и красивы».

Украинцы в западные ценности верят гораздо истовее нашего: они проливают за них кровь, и поэтому у них есть все основания считать, что их бросили на произвол судьбы, и злиться. Однако ссылаться на конфликт с Россией как оправдание крайних мер — опасно. Настоящая война влечет за собой отмену выборов, пренебрежение верховенством закона, введение войск, цензуру, интернирование, карточки на еду, реквизицию и другие жесткие меры и жертвы ради выживания нации.

Украина отнюдь не в этом положении и вряд ли желает в нем оказаться. Наоборот, она хочет, чтобы ее воспринимали не как истерзанные войной окраинные земли, а как страну, которая дважды выигрывала Евровидение и недавно принимала финал Лиги чемпионов. Несмотря на все свои недостатки, во всем, что по-настоящему имеет значение, Украина даст России фору. Реформы продолжаются, в политике царят грубоватый, но подлинный плюрализм, свобода слова и законность. Исход выборов не предрешен. Можно судиться с государством и выиграть. Политическая власть и личный капитал — отнюдь не синонимы. Права человека и меньшинств соблюдаются и ценятся. СМИ ругмя ругают политиков всех сортов и мастей, включая президента Порошенко, которому на протяжении всего президенского срока особенно достается за преступную мягкость в борьбе с коррупцией.

Искоренить взяточничество и поднять жизненные стандарты — работа сложная и неблагодарная. Гораздо проще пустить пыль в глаза спецоперацией, а заодно и парировать бесконечное унижение со стороны России. Однако «скучный» путь реальных достижений в итоге оказывается надежнее. Если же пытаться повторить грязные уловки Путина, это лишь размоет границы между правдой и ложью — тут и сомнений быть не может. Мы не сможем защитить наши общества от путинизма, если сами встанем на путь путинизации».