Ни одно событие за последний год не притягивало к себе столько внимания, как история с Савченко. Эксперты полагают, что вопрос разделит общество.

«Аргументов для лишения иммунитета в зале прозвучало достаточно. Для ареста — нет, и с голосами были бы проблемы, если бы сама Савченко не подтвердила правдивость обвинения», — считает политолог Руслан Бортник.

«Зал все равно дал бы голоса. ГПУ просто взяла самые яркие моменты, у них есть много материала для обвинения, видно, что состав там есть, — считает «трижды генпрокурор» Святослав Пискун. — Я и сам бы поступил, как Луценко, и логично, что он теперь захочет максимально быстро завершить дело и передать в суд. Но, полагаю, быстро не выйдет: теперь дело за экспертизами, за тем, качественны ли доказательства. И вдруг выяснится, что приказы отдавала не она?»

В любом случае, «сверхновая звезда», с которой сравнивал Савченко генпрокурор, не затухает, а, наоборот, разгорается.

«Самое время включать ее в опросы, замерив президентские рейтинги, — за ней однозначно стоят серьезные политики и специалисты, и, вполне вероятно, они находятся вне Украины, — сказал  политтехнолог Олег Постернак. — В Раде Савченко использовала обыкновенную вирусную технологию «взорвать все», накалив атмосферу и максимально сфокусировав на себе внимание, преследуя две цели: переместив фокус внимания на себя с видеодоказательств ГПУ и сделав намек на свое участие в президентской кампании». А в том, что Савченко сможет поучаствовать, сомнений почти нет. «Осудить до выборов ее не успеют, и для отказа в регистрации как кандидата на президентских выборах не будет оснований (кроме, разве непроживания в стране в момент заключения в РФ)», — считает Бортник.

КАНДИДАТ ПРОТИВ ЮЛИ

Смысл создания образа «Жанны д’Арк» из Савченко пояснил политолог Кость Бондаренко: «Она чрезвычайно выгодна для Банковой как кандидат. Там полагают, что она станет пастись на электоральном поле Тимошенко. Судите сами: обе женщины, максимально радикально высказывающиеся о власти. Обе пребывали в заключении, обе — по неочевидным для одних и доказанным для других обвинениям».

«Такое мнение давно циркулирует в кругах, близких к политике: при этом вовсе не обязательно, что ситуацию срежиссировала именно Банковая — договоренности с самой Савченко могло и не быть, — считает Постернак. — Но бескомпромиссность Надежды подкупает самых раздраженных избирателей, а неопределившихся, по последнему опросу КМИС, в стране по-прежнему около 40%».

Иную точку зрения имеет Бортник: по его словам, арест Савченко — начало масштабной операции по «охоте на ведьм», как придание вектора избирательной кампании  — и там появилась Савченко. Но и ее явно недостаточно для удержания внимания: в образе «опасной пятой колонны» придется кидать все новые и новые фигуры, каждый раз более тяжелые.

И генпрокурор в зале не зря дал понять, что привлечь можно даже Виктора Медведчука», — заключил он, напомнив, что в течение двух недель по всей стране шли обыски и аресты у людей, обвиняемых в сотрудничестве с РФ или ее сферами влияния.

ЧТО СЛУЧИЛОСЬ В ИРАКЕ

Показательный момент: еще утром, до начала заседания Рады, БПП и НФ демонстрировали разные подходы к «вопросу Савченко». Если в президентской партии говорили строго об аресте/посадке, то «фронтовики», скорее, склонялись к желанию перевести ситуацию в плоскость личностную (нардеп Антон Геращенко, близкий к главе МВД, несколько раз сделал заявление о необходимости психиатрического освидетельствования Савченко).

«В НФ считают, что создавать Надежде образ бойца все-таки не стоит — и, по-моему, Аваков глубже понимает ситуацию в стране, нежели Луценко», — уточнил Бортник. Тут же вспомнилась история марта 2005-го, когда, будучи еще обычным солдатом Укрполбата и проходя службу в Ас-Сувейре (Ирак), Савченко покинула расположение и в течение 9 часов блуждала по пустыне. В своих воспоминаниях о том событии Савченко также рассказывала, что «водила следствие за нос», но обвинения так и не получила (ведь «дезертировала» не с поля боя, а фактически на поле). «После задержания она проходила психиатрическую экспертизу у американцев и ее психику признали «нестабильной» — проходить службу можно, а вот летать или участвовать в сложных операциях — нет», — говорит политолог Тарас Чорновил. Впрочем, другого подтверждения этому выводу не было.