Депутат-беглец Онищенко впервые предъявил пленку с голосом, похожим на голос президента Порошенко.

Об этом накануне вечером рассказал сайт ТСН.

6 марта состоялось заседание Верховного Суда Испании. Тройка судей рассматривала вопрос экстрадиции беглого украинского народного депутата Александра Онищенко и его матери Инессы Кадыровой.

Несмотря на то, что суд взял тайм-аут на неделю, чтобы провозгласить вердикт, уже более 10 дней испанская Фемида молчит. После заседания суда Онищенко дал развернутое интервью Ольге Василевской, где впервые включил на камеру одну из пленок с голосом, похожим на голос президента. На записи слышно голоса, похожие на голоса Онищенко и Петра Порошенко. Из беседы можно понять, что человек с голосом похожим на Онищенко передаёт собеседнику просьбу Злочевского закрыть его вопрос, связанный с уголовными делами. На камеру ТСН Онищенко согласился воспроизвести только начало этого диалога.

— Как прошло слушание по вашей экстрадиции? Присутствовали ли на нем наши правоохранители?

— Точку зрения украинской стороны озвучивала испанская прокуратура. От меня говорили адвокаты, я не выступал. Я так понимаю, что в моей экстрадиции Украина очень заинтересована. Прокурор усердно приводил доводы, боролся за интересы украинской стороны и говорил, что моя депортация — просьба непосредственно украинских властей. Я понял, что договариваться приезжал и генеральный прокурор, и посольство, и министерство иностранных дел.

— Луценко лично?

Да, Луценко приезжал, встречался с прокурором и антикоррупционным прокурором. Украинская сторона очень борется за то, чтобы вернуть меня и свести счеты.

— Будете ли бежать, если примут решение о вашей экстрадиции?

— Куда бежать? Я уже в Испании, бежать некуда.

— План Б есть?

— Семья здесь, все здесь. Так что будем бороться до последнего.

— Когда вам было уютнее, в статусе друга президента или в статусе его врага?

— Быть другом президента, конечно, лучше. Никто за тобой не гоняется. Быть врагом — тяжелый статус. Приходится бегать по всему миру, скрываться. На меня заводят большое количество судебных процессов. Неудобства создают по всему миру. Стараются перекрыть финансирование своей жизни, и, конечно, преследуют везде. Доходит до того, что нанимают частные армии для слежки за мной. Были попытки грабежа, один раз-таки ограбили дом, вскрыли сейф, забрались в офис моих адвокатов. Сам я «бегать» привык, но когда с тобой семья и все родственники, то становится тяжело.

— Что вы сделали не так, что стали врагами?

— Я думаю, ему нужны были люди, чтобы использовать. У него нет друзей, есть только люди, которых он использует. Какой-то период времени ему было выгодно меня использовать в достижении своих целей: прийти к власти, например. Война с его врагами. Он же никогда ничего не делает своими руками. Он находит таких, как я, делает их «приближенными» и рассказывает свою определенную историю, чтобы переманить на свою сторону.

— Что он вам обещал?

— Преференции. Я человек бизнеса. Мне не нужно ничего зарабатывать, мне главное, чтобы меня не трогали. А проблема Петра Алексеевича заключается в том, что он не хочет, чтобы у людей был бизнес. Его задача — любым способом отобрать бизнес, чтобы ни у кого не было возможности кого-то финансировать. Поэтому сейчас идёт преследование всех бизнесменов. Всех владельцев бизнеса рано или поздно ликвидируют, оставят без финансов. Тогда Порошенко будет спать спокойно, так как все деньги будут у него, а необходимые люди будут у него на зарплате.

— Сколько вы потратили на избирательную кампанию Порошенко?

— Неохота говорить, потратил много денег, не только на избирательную кампанию, а и на его прихоти. Средства вкладывались не только в избирательную кампанию, а и в выстраивание определенной ветви власти, медиа, парламент, голосования, проведение необходимых ему людей на должности, чтоб он смог контролировать чиновников и потоки.

— Сколько конкретно?

— Неохота говорить. Потратил много денег. И не только на избирательную кампанию, но и на все его прихоти. Я вкладывал на создание определенной ветви власти, медиа, в парламент, в голосования, продвижение необходимых ему личностей на должности, чтобы он смог контролировать людей и потоки.

— Сколько денег нужно было заплатить, чтобы получить депутатский мандат, чтобы допустили по мажоритарке?

— Я не отдавал деньги за мандат. Мне создали проблему при регистрации. А на выборах я сам боролся.

— В итоге вам создали проблему в ЦИКе, и чтоб её решить, нужно было заплатить?

— Нужно было заплатить, да. В итоге мне пришлось профинансировать потребности партии Петра Алексеевича. Сначала я пошел в ЦИК, подал все документы. Меня не зарегистрировали потому что я проживал в Украине не более 180 дней. По этому вопросу обратился в суд. Но поскольку все суды на тот момент были уже под контролем, точнее он с судьями общался, то была команда не регистрировать меня. Через какое-то время появился как всегда добрый Пётр Алексеевич, говорит «нужно помочь тебе с этим вопросом». Лично позвонил и назначил встречу с приближенным к нему человеком.

— С Охендовским [Александр, председатель Центризбиркома, — ред]?

— Нет, с другим. Я встретился. Дальше дали указание профинансировать парламентские выборы БПП. Когда я это сделал, ЦИК зарегистрировал меня на тех же основаниях, что я подавал заранее: что я участвовал в Олимпийских играх и не смог по этой уважительной причине быть в Украине.

— Вы вложились в 1 миллион долларов?

— Я тогда заплатил 6 миллионов.

— Наличными?

— Да, я всё наличными отдавал.

— Где вы взяли столько наличных?

— Я деньги заработал давным-давно, когда работал еще в Туркмении.

— Сколько денег вы потратили конкретно на президента?

— Конкретно на Порошенко? По цифрам?

— Да.

— До общения с ним я был достаточно богатым человеком. В 2012 году я входил в список Forbes «200 богатых людей мира». До политики у меня было 65 миллионов долларов. Дай Бог чтобы у меня осталось хотя бы 10% от начального капитала, после всех дел с Порошенко. Это то, чем занимается Петр Алексеевич. Он ищет людей, у кого есть деньги, находит куда эти деньги нужно вложить, и в итоге деньги сгорают, а он всех кидает, и довольствуется этим. Точно по такой же схеме он и со мной поступил. Сначала это были инвестиции в усиление его власти, потом он рассказывал, что нужно скупать определенные активы. И получалось, что активы и бизнеса выкупались в честную, за деньги.

— У кого?

— В 2014 люди уезжали вместе с активами, я их скупал. Возбуждались уголовные дела и по итогу активы пропадали, а деньги сгорали. Изначально я и не предполагал, что Порошенко будет так делать. Считал, что слово президента — закон. Как оказалось, он — интриган. Чем больше люди тратили и беднели, тем ему было лучше. Если посмотрите, на 80% наших депутатов и бизнесменов открыты уголовные дела.

Посмотрите, по какому принципу готовится следующая предвыборная кампания — на мэров всех крупных городов: Одесса, Харьков, Львов, Днепр, открыты уголовные дела. В любой момент, если они что-то сделают не так, попадут под пресс.

— Как я понимаю, президент просто не досчитался каких-то денег, которые вы ему были должны?

У меня не было конфликтов из-за денег или еще чего-то. Просто на тот период я был коммуникатором между Порошенко и Тимошенко. Конфликт начался, когда на меня возбудили уголовное дело, после местных выборов — конец 2015 года. У меня на округе Тимошенко набрала максимальное количество голосов. Петру Алексеевичу это очень не понравилось. Он думал, что я ее финансирую. И всегда говорил мне этого не делать. Я и так никогда не финансировал Тимошенко. Но вижу, почему у нее такие результаты. Объяснял ему, что результаты Тимошенко улучшаются, потому что его результаты падают, люди перестали его любить. Но легче слушать Кононенко и Березенко, которые убеждали Порошенко в моей помощи его конкурентке. В мае месяце хотели создать коалицию. И при попытке втянуть туда Тимошенко, она ответила: «Если я буду в коалиции с такими, как Порошенко и Яценюк, у меня не будет никакого будущего». На нее пытались надавить моими уголовными делами. Но ее не интересуют чужие проблемы, поэтому надавить на Юлию Владимировну нереально.

— А квота министра экологии принадлежала Тимошенко?

— Порошенко сам попросил Тимошенко отдать ему ее квоту. Он везде расставлял своих министров по чужим квотам. И она допустила ошибку, что согласилась. У нее были политические компромиссы, о которых они договаривались. В правительстве Яценюка Тимошенко не могла контролировать никакого министра.

— Шевченко летал на вашем самолете, поэтому пошли слухи, что он ваш ставленник.

— Мы летали на футбол, у нас половина Кабмина летало на чьих-то частных самолетах. Шевченко не заработал на своем посту ни копейки, это я гарантирую.

— Он помогал вам получать лицензии на недра?

— Нет, он не мог. Лицензии выдает Госслужба геологии. А туда Яценюк поставил своего человека, Бояркина. За период, когда Шевченко был министром, он не смог назначить никого. Он был свадебным генералом, который ходил на совещания и докладывал о ситуации в министерстве. То есть заработать или выдать лицензии он не мог.

— То есть, конфликт с Порошенко не из-за денег?

— Нет, он чисто политический.

— То есть, он приревновал вас к Юле [Тимошенко]?

— Он не ревновал. Думал, что я ее финансирую, поэтому рейтинг растет. Вот это была его самая большая боль. Он, когда видел, что его рейтинг падал, а ее рос – действительно переживал. Помощники советовали, что Тимошенко нужно обрезать финансово. Его задача была обрезать конкурентам финансирование.

— Когда вы поняли, что пора записывать?

— Он при мне предал кучу людей, которые работали на него. Тот же Шокин, Жвания был партнером 20 лет, так же и Мартыненко. Я говорил, чтобы он приходил и обращался за помощью ко мне, чтобы уходил от Яценюка. Но он принципиально ничего у меня не просил и ни на какие сделки не шел. Потому дела у Мартыненко становились все хуже и хуже.

Вспомните запись с Мартыненко, где Порошенко попросил рассказать о своем бизнесе в области атомной энергетики. За 2 дня Мартыненко всем поделился и они договорились о партнерстве. И после этого приехало СБУ с НАБУ и перерыли все документы. Я понимаю, что где-то его подставил. Порошенко еще больше обозлился, потому что появится еще больше проблем. Но мы же говорим о реалиях. Мы же понимаем, почему у Мартыненко проблемы? Потому что он финансирует Народный фронт. Создав ему проблемы, Порошенко отрезал основную часть финансирования Народному фронту. И, частично, это было сделано с моей помощью. Все скандалы были подняты мной. По просьбе президента. Я был уверен, что у Петра Алексеевича благие намерения. При принятии всех непопулярных законов, которые требовали ЕС и Америка, Порошенко утверждал, что Яценюк коррупционер. Что именно он сидит на схемах, и мы должны их искоренить. Я слепо верил его словам.

Был готов и в огонь, и в воду за него. Только со временем я разглядел его другие качества. При мне он обещал Шокину одно, а в результате кинул его. Это показывается всю сущность президента: миллиард важнее друга. Нужно было сразу прийти и сказать все честно, но он водил Фокина за нос. Я все время ходил просил за Жванию, чтобы его вернули в команду.

— Вот вы подкупали парламент, вы знаете, какие депутаты больше денег берут, какие меньше?

— Да, депутаты разные бывают. Но я не хочу создавать людям проблемы. Конечно, не оправдываю коррупцию в парламенте. Но когда перекрывают полностью весь бизнес, перекрывают все, что только возможно. Каждый за счет чего-то должен жить, у кого-то есть бизнес. А у Порошенко есть группа, которая отслеживает у кого какой бизнес. В ГПУ есть целая бригада, отдел Кононенко-Грановского, который все отслеживал, все отсматривал. Они достаточно много проблем решили для Порошенко и компании. Он именно благодаря им пришел к тому что есть сейчас – абсолютная власть.

Про историю с Насировым. Я думаю, не просто так его не выпускают.

— Из-за вас пострадал?

— Из-за меня. Но я думаю, Насиров владеет достаточно большим количеством информации про Порошенко. Я начал рассказывать про его коррупционные схемы и как он подставляет людей. История со мной как пример того, как Порошенко поступает с людьми, которые располагают информацией. Они с уголовными делами, паспорта отобрали и выезжать из страны они не могут.

— Вы просили у Насирова отсрочку?

— Отсрочку брали все нефтяные и газовые компании на тот момент. Бизнес стал убыточным, когда ввели ренту 70%. И все рассчитывали заморозить на какое-то время, думали, что будет девальвация гривны или еще что-то.

— Или обанкротить компанию и не заплатить ренту?

— Не-не.

— Вас же на самом деле в этом обвиняют, что вы обанкротили компанию, чтобы не платить ренту.

— Нет, компания стоит намного дороже, чем эта рента. Если бы мне предложили заплатить ренту и вернуть компанию, я бы это сделал. Компания генерирует прибыль и финансы. Там же запасы газа. Это длительный бизнес, а не фирма-однодневка. Всю прибыль, которую получали компании, реинвестировали. Знаете, сколько стоит бурение? От 5 до 10 миллионов. Если подсчитаете стоимость компании, то она намного дороже той ренты, которую вменяют.

 Кто сейчас управляет и получает прибыль с ваших компаний?

Газдобыча, я так понимаю, так как Сытник сказал, что мы уже заработали полтора миллиарда гривен. Получается, огни зарабатывают. Компании функционируют даже на тех лицензиях, которые были на частных компаниях. То есть они газ добывают, и он идет им в прибыль. Они на этом зарабатывают. Газдобыча, наверное. Хотя по законодательству имущество компании не имеют право присваивать себе, и прибыль они не имеют право забирать. Вплоть до решения суда. Инвестором была именно частная компания. Кстати, в компаниях, по которым имеют претензии, у меня только 25%, а остальных людей не трогают. [По фирмам, проходящим по «газовому делу», проходили представители бызнес-структур Давида Жвании, семьи Кацуб, группы Континиум покойного Еремеева, — авт.]

— По каким темам у вас есть записи именно с президентом?

— Давайте пока оставим это в тайне. Это самое интересное.

— По Злочевскому есть?

— Да

— Сколько минут у вас записей с президентом?

— Есть пару записей.

— Сколько это?

— По крайней мере есть одна запись, где Порошенко угрожает мне уголовными делами, если кое-кто не будет голосовать за его законодательство.

— Кто, Тимошенко?

— Неважно. Я думаю, эта запись прольет свет на мое уголовное дело. 8 июня состоялся этот разговор. За неделю до того, как начали арестовывать моих людей. Где Порошенко говорит, что в одной руке у него законопроекты, за которые нужно проголосовать, а в другой — уголовное дело на Александра.

— И что, проголосовали в результате?

— Нет, поэтому мое дело запустили.

 Почему не проголосовали?

— Шантажировали человека, которому были неинтересны уголовные дела против меня.

 А что за законопроекты были?

— Непопулярные, они потом их реализовали. По Донбассу, по пенсионной реформе, по тарифам. Я так понимаю, что это были законопроекты, которые требовал МВФ. Порошенко нужны деньги МВФ, поэтому он их не вводил. А депутаты не хотят этого делать. Как им потом возвращаться на округа, разговаривать с людьми. Так и происходит коррупция в парламенте, люди так поступают из-за убеждений.

— Вы могли бы оценить, по сравнению с 2012 годом, стоимость голосования в парламенте упала во сколько раз?

— Тогда не было такой коррупции как сейчас. Янукович поддерживал бизнесменов. Я не говорю хорошее о Януковиче, но у него была другая схема. Ему было интересно, чтобы бизнесмены развивались и зарабатывали больше. Чтобы потом отдавать 50%. Чем ты успешнее, тем больше отдашь.

— Вы отдавали?

— Все отдавали. Была налоговая служба, на последнем этаже было управление, которое подсчитывало. Надо было приходить и отчитываться о своем бизнесе, сколько ты заработал. С этой суммы уплатить налог, и 50% с прибыли забирала команда Януковича. Янукович не был заинтересован кого-то финансово уничтожить. У него была другая схема. Человек приходил с темами, и чем тема была интереснее, тем ему было лучше. Это потом он сошел с ума. Точнее не он, а его окружение, молодая команда. Которая решила сначала изучить весь бизнес, а потом начать переписывать его на себя. Сначала они брали 50%, потом начали просить, чтоб переписывали на них. Из-за этого, можно сказать, и произошел Майдан. Все бизнесмены начали стремительно финансировать оппозицию, когда дело дошло до переписывания активов. Думали, что придут нормальные люди, адекватными взглядами и установят справедливые правила, а пришел Порошенко.

— Многие говорят, что ваша нынешняя активизация связана с тем, что над вами нависли новые угрозы. Поэтому вы стали более активно общаться со СМИ.

— У меня уже есть весь набор обвинений: сепаратизм, измена родине, финансовые самые тяжелые статьи, так что одной больше, одной меньше.

— Вы участвовали в попытке покупки 112 канала Порошенко?

— Да, у меня было поручение купить 112 канал.

— А это правда, что Захарченко отказался продать его представителю власти?

— Неправда, все дело в жадности Петра Алексеевича. Была установлена цена 20 миллионов, а он решил больше 17 не давать. Вот у меня такая цифра и ни копейки больше. Если они не продадут за такую цену, мы будем на них давить уголовными делами, лицензиями и так далее. Вы хотите услышать голос гаранта?

— Да.

— Я думаю в поезде вы ничего не услышите. Слушайте.

— Это какое-то выступление по телевизору.

— Какое по телевизору? Это в кабинете у него, ахаха!

— Сколько минут у вас записей?

— Смотря чего.

— Порошенко.

— Есть, да.

 Американцам вы пленки не передавали?

— Нет, никому не передавал.

 Почему? Раз вы уже заговорили, доведите дело до конца.

— Оно ничего не даст. А что это даст, по-вашему?

— Импичмент.

— Для этого нужно, чтоб на западе приняли волевое решение. По поводу того, оставлять Порошенко, или нет. Пока что там ничего не приняли, у них много своих дел. Запад и без меня отслеживает все и собирает информацию по разным людям. Они много с кем контактируют.

 Вы же с Трампом знакомы?

— Да.

— Вы с ним говорили об этом?

— С его близкими общался. Все разговоры сводятся к коррупции в Украине. Их интересует, куда деваются американские деньги, куда уходит помощь МВФ. Я так понимаю, они отслеживают счета, переводы и прочее.

— Говорят, Порошенко искренне хотел вам помочь, когда НАБУ возбудило на вас дело, а Сытник ему отказал

— Вы верите в это? Почему Сытник не трогает Кононенко? Я думаю, все согласовано с первым лицом, на всякий случай. Если Порошенко видит, что деньги не доходят до него, то у его близких начинаются проблемы. Но проблемы же не имеют развязки. Он просто делает им предупреждение.

— А они крадут?

— А как вы думаете?

 Почему Сытник не трогает Кононенко?

— А как они трогают? Мое личное мнение, что если Порошенко видит, что деньги не доходят до него, то даже в его близких кругах начинаются движения, но они ничем не заканчиваются. Вопрос только в том, чтобы сделать им предупреждение.

— А что его близкие крадут?

— Как вы думаете? Учитывая, что ни видят, какой щедрый у них босс. Я не думаю, что они делят 50 на 50, они получают только маленький процент.

— А вы сами понимаете логику людей такого склада, как Порошенко?

— Там проходит куча денег. Миллионов. И нужно отдать всё куда-то наверх, а себе оставить 10%. Логично, что они хотят свою добычу скрыть. Порошенко сам всё считает, всё видит, сам всё понимает. Он в бизнесе хорошо разбирается. Если Петр Алексеевич понимает, что деньги ему не доносят, он никогда прямо не скажет, что ты украл. Он начнет создавать проблемы с помощью правоохранительных органов.

— Расскажите, что это за частная армия, которая вас преследует в Испании?

— Я это узнал от испанской полиции. Они подтверждают, что есть люди из Украины, которые приехали и тут отслеживают мои передвижение. Где я живу, например. Говорят, они следят за мной, а за ними следят еще другие люди. Ограбление дома совершили именно в тот момент, когда я вышел. И ограбления офиса адвоката, это ж все не просто так. Одни и те же люди. Камера зафиксировала как они вскрыли офис адвоката. Они поняли, что там ничего нету. Что информационный носитель в офисе никто не держит.

— Какие ошибки майора Мельниченко вы совершили?

— Я не считаю себя майором Мельниченко. Я предвидел заранее свое будущее, чтоб защитить себя. У меня не было цели записывать Порошенко или смесить его с власти. Я это делал так как я уже предвидел свою судьбу. В 2015 мне сообщили, что уголовное дело уже возбуждено. Я предвидел это исходя из примеров персон, которых преследовал Порошенко. И даже против кого я выполнял определенные инструкции. Уже ясна была моя судьба. Можно сказать, мне сделали предупредительный выстрел, когда обыскали офис в марте. В 2015 возбудили дело. После выборов. В марте, перед моим днем рождения меня навестили, чтобы показать свою силу, а запустили это всё в июне. Всё было поэтапно. Я понимал к чему иду. Тем более ситуации со всеми бизнесменами были при мне. Ахметов, Злочевский. Я был их переговорщиком. И уже на тот момент понимал цель человека и то, к чему он стремился.

— Получается, вы сообщник президента в его преступлениях, о которых сами же и рассказываете?

— У Порошенко действительно были инструкции от Запада. К примеру, какие законопроекты принимать и что делать. И он не мог делать по-другому. У него не было сил. На тот период. Порошенко постепенно приходил к власти. Тогда премьер-министром был Яценюк. Вся власть была у него, потому что он назначил в министры всех своих. И прошло какое-то время, пока Порошенко поставил своих людей. А потом заменил и самого Яценюка. Когда он заменил всех, то имел уже абсолютную власть. Премьер-министр его, генеральный прокурор его, глава СБУ его. Именно тогда он понял, что может оказать давление со всех сторон. И тогда у Петра Алексеевича развязались руки и он показал свою сущность.

— То есть вы не считаете себя соучастником?

— Соучастником чего? Голосований? Запад требовал этого, но никто не хотел голосовать.

— Кто следующий после Злочевского, по вашему мнению, вернется в Украину очищенный?

— Я думаю, что скоро все вернутся в Украину. Осталось всего год до дембеля. Поэтому я думаю, что кто-то будет более рационально использовать людей, которые сейчас находятся в бегах. Если бы Порошенко был умным, он бы дал бизнесу развиваться. Создал бы, допустим, правило для бизнесменов. Все работают, все зарабатывают, но из того, что заработаете – 50% отдавайте. Не мне в карман, а в государство. Постройте дороги, школы, экономику воскресите. Назначил бы крупных бизнесменов ответственными за области. Кого-то за Днепропетровскую, кого-то за Донецкую, Одесскую. Чтобы сделали определенные пенсии, дороги чтобы сделали идеальные. Дал бы команду реконструировать школы. Он им максимум льгот, они ему — идеальную работу. Но с условием, что бизнесмены зарабатывают для народа. Думаю, все бы носили его на руках. Но, к сожалению, у нас все президенты в последнее время всё забирают себе в карман. Вот Порошенко говорит, что борется с олигархами. У одного отобрал то, у другого это. У третьего все это. Но для страны он ничего не делает. Отобрал — уничтожил. У Фирташа, к примеру, стоят все заводы. Одесский припортовый. А куда дели тысячи рабочих? Если раньше заводы работали, та же металлургия, те же химические предприятия. Был экспорт, валютная выручка. Было движение. То теперь всё стоит. Ничего нет. Страна беднеет. Мы сели только на валютную иглу. Получаем только деньги в фонды и кредиты. У страны кредитов 100 млрд. Вы понимаете сколько процентов мы должны.

 Кто просил вас подавать законопроект о национализации Приватбанка?

— Когда Коломойского нужно было снять с губернатора, заявление делал по нему я. По законопроекту. По Приватбанку. Это такое же экономическое давление, которое президент тогда устраивал на бизнесменов.

— Вы осознавали это?

— Ну осознавал, конечно. Коломойский это знал. Я тогда с Коломойским поругался. Он мне сказал, что если раньше Янукович забирал 50 процентов от его бизнеса, то с таким же предложением к нему обратился Порошенко. И Коломойский должен был отдавать ему 50% от всей прибыли. Но у Коломойского была другая идея. Он думал, что если он, грубо говоря, защитил Днепропетровскую область, на тот период, когда это была проблемная область, не допустил туда оккупантов, то он заслуживает хотя бы того, чтобы с него не вымогали денег. И он отказал Порошенко. И вот это давление было постоянно. Сначала была организована специальная группа по уничтожению. Отобрать контроль Транснефти. А потом через Гонтареву они всячески пытались давить на Приватбанк. А потом на Укрнафту. Порошенко говорит, что они борются с олигархом. Нет. Это все не так. Он это все затеял потому что Коломойский отказался ему отдавать 50%. У него своя заинтересованность. Коломойский понимает, что партнерство Порошенко заключается в 50% сначала, но потом придется отдать все. Это не Янукович, который, хоть как-то держал слово. Он был человеком, что живет по понятиям. То есть если сказал – делал. А здесь у Порошенко главная задача развести. То есть пойти в отношение, загрузить, а потом кинуть. Ему уже никто не верит. И я уверен на 100%, что чем ближе будет к выборам – вся команда Порошенко разбежится. Все его бросят. Кинут. Убегут. Кроме Кононенко — он уже с Порошенко, как одно целое. Им придется вместе отвечать за то, что они сделали. Остальные из его окружения уже ходят и ведут переговоры с теми, в кого они больше верят. Многие люди уже общаются с теми, в кого они больше верят. В Порошенко окружение уже не верит. Хоть нас уже и мало осталось, многие потерпели финансовые удары. Но Порошенко уже верить никто не будет.

Если будут выборы, то он может рассчитывать только на себя. У него действительно есть сильные финансовые структуры, может будет беспредел. Он рассчитывает на свои частные армии, которые может будут громить участки. Может он рассчитывает на то, что люди за деньги будут ходить голосовать. Он считает, что если все под его контролем, то все так и будет гладко проходить.

— Во сколько вы оцениваете состояние Порошенко?

— Схемами Роттердам+ он зарабатывает миллиарды

— Долларов?

— Да. Минимум 50 процентов Порошенко получает.

— 500 млн долларов.

— Это только с одного. Представляете сколько у него бизнеса вокруг? Ну представьте. Центрэнерго. Торговля углем. Его же Рошен, который только развивается. Все банки под его контролем. Сто банков положили. Ворушилин, его человек, все самые лучшие активы передает его компании, его бизнесу. За все время у нас новых бизнесменов не появилось. У нас есть только бизнесмены, которые обанкротились, теряя свои активы. А нового никого не появляется. Ни один инвестор не зашел в Украину. Страну они видят как свой бизнес. И все активы закупают на себя на подставные компании.

— То есть 5 миллиардов долларов в год?

— Я думаю он 100 процентов имеет эту сумму. У него есть финансовый духовный вдохновитель, который эти идеи подбрасывает – Макар Пасенюк. Отслеживает передвижения по деньгам. Рассказывает это. Определяет кто у него на данный момент финансовый конкурент. На кого нужно обратить внимание. Кого нужно уничтожить.

— Какие у него финансовые конкуренты кроме Ахметова?

— Уже никого не осталось. Он всех добил. У Ахметова активы заморожены. Заморожены руками Порошенко через Фирташа. Говорю это на 100%. У Фирташа проблемы. Есть у него контрольная часть Оппозиционного блока. Чтобы решить проблему, он договаривается выступить в сделке с Укртелекомом, что Ахметов с него заработал. Все ж финансирует. Все адвокаты Порошенко. Я даже помню Порошенко рассказывал историю, что его адвокаты помогали Пинчуку выиграть дело, когда тот судился с Коломойским. Как раз вот Пасенюк достаточно хорошо разбирается в европейском праве. Как, где, чего правильно подогнать под определенный суд.

— Вы знаете, как найти офшорные счета Порошенко?

— Я так понимаю, что он пока заручился поддержкой американцев на определенные счета и компаний. Они ему пообещали, но будет переломный момент времени и они ему скажут: «Сейчас ты потеряешь все деньги на своих счетах если не будешь выполнять то, что нам необходимо». Это обычный принцип допустим западными партнерами. Не случайно ж подписываются контракты на миллиарды долларов в два раза дороже на эти же тепловозы. Контракты, почему мы газ покупаем по тысячу долларов через европейские компании. Почему у нас уголь с Америки. Есть определенные финансовые договоренности.

 — А вы помогаете информационно подвесить на крючок Порошенко.

— Я им не помогаю. Мы просто ведем переговоры. Я заинтересован в том, чтобы защитится от преследования. Их интерес – получить информацию. Может быть в какой-то момент мы с ними договоримся.

— Вы им — информацию, а они вам — гарантии спокойного возвращения в Украину?

— Я надеюсь, что Порошенко уйдет раньше, чем все мы этого ожидаем. И я так смогу вернуться в Украину. Если бы я вам показал [дело], вы бы сами поняли, что это полная фальсификация. Нет никакого газового дела. Нет никаких там безумных цифр. То что, он называет, – чистый вымысел. Я все компании выкупил за деньги. По рыночной цене. По максимальной цене.

— А зачем вы пошли в политику? Не лоббировать ли свой бизнес?

— Многие идут в депутатство, чтобы заработать. Я шел что бы защитить бизнес. Потому что, когда бизнесом интересуются, его всегда пытаются отобрать. Моя компания «Пласт» — я её купил. Купил по максимальной цене. Все остальные три — по максимально рыночной цене. Официально.

— Расскажите, как вы собирались купить деньги из общака Януковича по скидке?

— Было предложение купить. Мы ж не купили. На тот период рассматривался как проблемный актив, который можно было решить. Но сделка не совершилась. Не о чем говорить.

— Вы вели переговоры с Курченко?

— Нет.

— Фукс вел?

— Я не знаю, кто вел переговоры. Факт – сделка не свершилась. Мне предлагали на тот момент много всяких активов, большое из них были проблемные. Такие предложения поступали сотнями, у нас даже работали американские бизнесмены, которые приходили с этими предложениями. В стране были финансовые проблемы. А выполнять бизнес тяжело. И активов предлагалось немерено. Много банков предлагалось. В офисе существовал целый отдел, что рассматривал предложения. В 2016 году я уже был не в очень большой милости, поэтому особо рассчитывать на то, что можно было провернуть какую-то сделку нельзя было. Я рассматривал много предложений по скупке. В 2016 году много инвестировал, хотелось как-то возместить свои затраты. Рассматривал всё возможное.

— А кто помог Курченко заплатить кредит за покупку УМХ в Укрэксимбанке?

— Они ж закрыли свой кредит в Укрексимбанке.

— Кто разморозил?

— Генеральный прокурор Ярема. Вы же понимаете, кто был более заинтересован в тех компаниях, где были деньги. Мы ж не могли.

— Другой друг президента?

— Президент больше был заинтересован в закупке этих компаний, чтобы потом их разморозить. И в итоге деньги куда пошли – на погашение его долгов. Почему компания Курченко погасила кредит УМХ?

— Порядочные люди.

— Я думаю немного по-другому. Потому что, когда это вся схема подошла, и Курченко сбежал, им нужно было погасить кредит в государственном банке, потому что они были поручителями по этому кредиту УМХ. Но, учитывая, какие они щедрые ребята они не захотели гасить кредит своими деньгам. Дабы не тратить свои деньги – они просто разморозили эти деньги через генпрокуратуру и эти деньги автоматически списались. Потому что, сделали так что это компания была гарантом за этот кредит.

— Почему нет уголовных дел на Бориса Ложкина, например?

— Боря Ложкин заработал президенту предвыборную сумасшедшую сумму. А у президента дружба определяется деньгами. Кто больше ему заработал, тот больше друг. Поэтому он восхищался гениальностью Бориса Ложкина. Какой он хороший менеджер. Что даже во времена Януковича он смог создать из ничего такую структуру, и смог продать её за баснословную суму. Позже у него друг стал Ахметов, я так понимаю, тоже помог заработать деньги. У него друзья те, кто помог заработать ему деньги. Я просто испытал на себе. Я к нему приблизился тоже после того, как определенная сума пошла на его избирательную кампанию.

— Вы просто перестали его финансировать и он решил вас…

— Да! Уверен, что тот же Косюк не просто так был заместителем главы администрации. То есть те люди, которые финансировали его компании, – становились друзьями.

— А вы вели переговоры с Курченко и Арбузовым по покупке их активов?

— Я с Курченко в плохих отношениях. И Арбузов с Курченко в плохих отношениях.

— А кто вел с ними переговоры о скупке активов?

— Был один бизнесмен, который вел переговоры.

— В Украине?

— Даже есть один депутат из фракции БПП.

— Переговорщиком с Курченко?

— Да. Переговорщик по Курченко это тот человек, который непосредственно занимался продажей УМХ. А вы уже дальше догадывайтесь

— Шверк, да?

— Да.

 А как «Наше радио» снова вернулось Ложкину и Шверку?

— Я так понимаю это плата Курченко за то, чтоб не трогали его и холдинг. Собираются арестовать и отобрать.

— Вы в интервью Newsone говорили о том, что Порошенко организовал взрывы на БРСМ с целью захватить компанию беглого министра энергетики Эдуарда Ставицкого. Это довольно серьезное обвинение, там погиб человек.

— БРСМом занимался непосредственно Кононенко и Пашинский. Вот они вдвоем отжимали эту компанию. Перед этим они занимались распродажей активов с Одесского нефтеперерабатывающего завода. Мне поступила команда от Порошенко наехать на них. Это всё коррупция, продажа.

— Почему деньги не поступают в бюджет?

— Я сделал ряд заявлений в прессе. После чего они договорились куда нести деньги. Я в этом вопросе не участвую. Идите общайтесь с Кононенко. И через неделю Порошенко дал команду больше не заниматься и не выступать в прессе касательно нефтепродуктов одесского нефтеперерабатывающего завода. По поводу БРСМ, ко мне подходил Кононенко и говорил: «Передай своему другу Ставицкому, если он тут думал работать, то у него не получится, у него будут проблемы». Действительно, и МВД и Налоговая взялись за него. Я его свел с Еремеевым и попросил, чтобы он не занимался этим. Отжимать активы прежде всего непорядочно. Пашинский через своих бизнесменов пытался отжать – не отжал. Они заплатили какие-то суммы и продали компанию какой-то иностранной. И у тех не хватило смелости отжимать их. Поджоги – дело Пашинского. 100%. Я еще уверен, что будет новое по убийствам. У него была уникальная возможность войти в историю как человек, с такими возможностями. 55% доверие народа. Он мог бы построить сумасшедшую страну. Экономику. Но жадность его погубила. И сделал с него тирана номер один. Закончит я думаю он хуже всех. Народ его ненавидит. Я ж спортсмен – поэтому Испания. Все соревнования проходят в Испании.

— Вы заручились поддержкой испанской власти?

— Нет, как я могу заручиться поддержкой. Тут другая ситуация. Вообще не обращаю ни на что внимание, живу так, как жил раньше.

— С кем из представителей власти вы контактируете?

— Только с адвокатами. Я ж такая личность токсичная. Общаться со мной для многих проблема. Мало ли, коррупция. Все ж мои обвинения заключаются в коррупции. В интернете разогнали серьезную пиар кампанию против меня. Поэтому в большей части мне приходится общаться с адвокатами. Я знаю, что я прав. Обвинить меня не в чем. Я думаю, как только мое дело дойдет до суда — сами посмотрите. Можно показать цифры на бумаге и обвинить человека в том, чего не существует, уже будет нереально.

— Вы по сути живете на курорте, к вам, наверное, кроме Мартыненко и Жвании, приезжают и другие наши общие знакомые. Расскажите, кто?

— По сути никто не приезжает, я веду скрытый образ жизни, меня же преследуют. Я понимаю, что компания Порошенко наверняка отправила каких-то людей, чтоб меня выслеживали, смотрели. Это подтверждают ограбление дома, ограбление офиса адвокатов. Поэтому я веду аккуратный образ жизни. Все время перемещаюсь. Охрана работает.

— Как выбираете дома?

— Есть компания, которая занимается безопасностью, охранники. Часть наши, часть местные. Охрана – тысяч 7-8 в месяц.

— Живете за что?

— Выступаю ж на соревновании, продаю лошадей, веду бизнес проекты в Испании. Обосновал здесь свою компанию. В основном покупка продажа акций, недвижимости. Выращивание лошадей — серьезный бизнес. За последние 10 лет лошади, которые считались лучшими, были куплены у меня.

 Остался ли у вас бизнес, который в Украине еще не отжали?

— В Украине все отобрали полностью. Жизнь в Испании относительно дешевая. Попить, поесть. Снять дом. Тысячи три в месяц. Семья живет отдельно, я стараюсь больше отдельно. Видимся конечно, но на постоянной основе не живу.

 Говорят, тут живет министр финансов Колобов. Вы с ним общаетесь?

— Да, бывает иногда.

— Обсуждаете ситуацию в Украине?

— Да.

 Он в принципе может возвращаться в Украину?

— Да, скорее всего вернется.

— Вы говорите, что живете один. А как же свадьба с Ризатдиновой? Уже была?

— Она б этом заявила. Скромная. Расписались, перед тем как ребенок родился. Мы видимся, просто я большую часть времени в дороге. То там, то там.

 Почему вы все время меняете место жительства? Чего вы боитесь?

— Меня быстро находят и отслеживают.

— Кто?

— На камерах, которые засветились, видно, что люди славянской национальности. Я подозреваю, кого могли послать, поэтому живу достаточно аккуратно.

— А кто послал?

— Чей я враг? Это господин Порошенко, который недоволен, что я так легко выехал с Украины. Я так понимаю, что ему сказали, что я выезжаю в Россию и там буду скрываться. Было бы тогда проще сделать меня врагом народа. Предатель. Но я ему немного подпортил эти планы. Если бы я поехал в Россию, то меня б действительно сделали предателем. С 1991 я жил в Германии. Вся моя жизнь – бизнес и спорт, а из-за спорта практически каждую неделю я провожу в другой стране.

Пусть я лучше буду в репрессиях в Украине, но я пойду в европейские суды и буду бороться здесь в Европе.

— Пленки?

— «Здравствуйте добрый вечер. Где-то отдыхал?». Да, услышали?

— Сколько минут есть у вас таких записей?

— Какая вам разница? Есть, есть.

— Если Петр Порошенко останется на второй срок, где вы будете жить следующие 5 лет?

— Пока в Испании, тут я легально обосновался. Но я не верю, что он останется.

— Почему вы готовы сделать всё, чтобы он ушел?

— Я тут не при чем. Просто вижу отношение людей к нему? Не знаю, что нужно придумать, чтобы его снова избрали. Человека ненавидит 85% населения Украины.

 Я знаю, что Портнов писал аффидевит для вас для вашего судебного слушания, для экстрадиции. Какие еще документы вы собирали? Кто еще писал?

— Много, мы достаточно материала собрали. Много людей выступили свидетелями, много лиц, которые имеют отношение к исполнительной власти в Украине? И министры, и депутаты.

— Действующие министры?

— Какая разница? По этой причине и суд был тайный, потому что многие не хотят себя выдавать и давали свидетельства в присутствии нотариуса.

— О чем они говорили в своих показаниях?

— Что против меня ведется политическое преследование командой Порошенко, по его команде.

— Откуда они об этом знают?

— Они были свидетелями.

— Тимошенко писала такое письмо?

— Я не буду рассказывать о своих свидетелях.

— За кого вы будете голосовать на следующих президентских выборах?

— Еще не определился. Не знаю смогу ли я вообще голосовать.

 Вы же можете пойти в посольство?

— Я в посольство вообще не могу зайти, даже не мог паспорт пойти ребенку выписать.

— Вас там могут схватить?

— Ну конечно, есть риск этого.

— Что вы можете сказать по поводу давления Филатова на судебную систему?

— Ну понятно, что они выберут человека, который будет отвечать за суды. У них каждый человек за что-то отвечает. Березенко будет отвечать за парламент и за выборы. У него команда маленькая, он не доверяет никому, параноик. Каждую неделю у него коллапсы, работают 4-5 человек, которые загружены до отказа. Из-за того, что он никому не доверяет, никто не может составить ему какой-то план. Я думаю проблема Фирташа в ближайшее время закроется.

— Говорят, украинцев тут курирует русское лобби? И король в Испании регулирует, кого экстрадировать, а кого нет?

— Нет, король Испании номинальный человек, здесь независимая судебная система. На него никто не имеет влияние.