Начнем с вооруженных адептов «Русского мира» в российской прессе называемых «ополченцами», «сепаратистами» и «добровольцами».
Про российскую прессу мы знаем точно, что это обыкновенная военная пропаганда и терминология в этой псевдожурналистской структуре именно такая, какая необходима на данный момент захватчику.

На самом деле, так называемые «донецкие добровольцы» в Украине захватчики и действуют под флагом РФ подчиняясь приказам генштаба ВС РФ, поэтому наиболее подходящими определениями для этой категории боевиков являются термины «диверсанты», «интервенты» и «оккупанты», в случае их непосредственной принадлежности к армии РФ, и «террористы», в случае финансирования их из других источников и добровольности выбранной деятельности.

Теперь о местных — о гражданах Украины решивших воевать на стороне интервентов.
Те кто взял в руки оружие и направил его против своей страны к сепаратизму также отношения не имеют, потому что никакого своего независимого государства они строить не собираются и каким то народом или нацией не являются.
Собственно, для строительства эти существа малоприспособлены.
Нет такого «донецкого народа» или «донецкой национальности». Этих малообразованных в массе и глубоко застрявших на психологическом уровне в советском прошлом людей не сложно было ввести в заблуждение и обработать методами агрессивной российской пропаганды. Так из обыкновенных работяг и обывателей совков сделали оружие и направили его против Украины. Теперь это коллаборанты — предатели своей страны. Граждане с паспортом Украины в кармане воюющие на стороне тех, чья цель уничтожение или территориальный раздел Украины — завоевать и поработить, выражаясь терминами прошлых столетий.

В коллаборационизме сегодня можно обвинить или заподозрить украинцев пораженных российской пропагандой, донецкие же отличаются от прочих тем, что находятся уже на грани коллаборационизма и терроризма. Методы у них безусловно террористические.
Признаки:
фанатизм религиозный (русское православие),
фанатизм идеологический (российское имперство, великодержавие),
пренебрежение жизнью мирных жителей и
использование местного населения в качестве заложников и «живого щита» (доказано обстрелами из жилых районов Донецка).
Поэтому когда мы пишем или говорим об ликвидированных спецслужбами РФ вооруженных донецких коллаборантах и российских боевиках, то вполне можем применять термин террористы. Например: «уничтоженный террорист Михаил Толстых» или «уничтоженный террорист по кличке Моторола».
Разница между ними только в том, что первый из террористов коллаборант, а второй российский наёмник.

Из всех названий применяемых к незаконным вооруженным формированиям на территории Донецкой и Луганских областей, наиболее приемлемым является не так давно появившийся в украинской прессе термин «российско-террористическая оккупационная армия».

Следуя из вышеизложенного термин выбранный для действий по защите Украины —
АТО (антитеррористическая операция) является верным и вполне отражает меры по противодействию терроризму, но мало говорит о сути — о противостояния российской агрессии и оккупации.

Вернёмся к первоначально поставленному вопросу. Мы разобрались с тем, кем на самом деле являются «добровольцы Донбасса».
Как же называть тех, кто как Илья Богданов приехал из другой страны и воюет в АТО на стороне Украины?
На самом деле именно они добровольцы и уже без всяких кавычек. Они не нападают ни на Украину, ни на Россию. Их цель только защита украинцев, украинской государственности и территории. Их мотивы — любовь к Украине, ненависть к агрессору и неприятие идеологии движущей захватчиками, — пишет Mark Marchenko