В теленовостях российского телевидения в 2015 году практически не было России! Там была Сирия, была Украина, были беженцы в Европе. Была еще – если не забыли – Греция, которой мы все помогали. Была Турция, которая за два дня превратилась из союзника в злейшего врага, а от приезда Эрдогана на открытие соборной мечети до «помидоров», которыми он не отделается, прошло меньше месяца, кажется.

Это была еще одна прекрасная особенность года – мгновенная смена сакральности. Вспомните 2014 год, когда не было ничего важнее Украины. И вот теперь уже Украина на задворках (хотя все равно куда важнее собственно России), зато везде Сирия! Объекты ненависти меняются стремительно. Бандеровцев сменили игиловцы, про которых нельзя говорить, не упомянув, что они у нас запрещены. Потом был Эрдоган. Потом будет кто-нибудь еще. Пустоголовое население способно сегодня любить, а завтра ненавидеть одного и того же человека и одну и ту же страну.

Зато объект любви остался один-единственный. Даже заполошные избранники народа со своими бесноватыми инициативами не так мозолили глаза. Это не значит, что запретов и ограничений из-под их пера стало выходить меньше – вовсе нет! Но всех и вся подавила кругом фигура мудрейшего Путина. Уже и Зюганова не слышно, и Жириновского не видно, а интервью Медведева главным каналам даже сами эти каналы осветили вскользь!

Международная политика подавалась в жанре «один Путин против всего мирового зла» при поддержке Су, ТУ и «Калибров». А внутренняя политика – сквозь просто призму его спокойствия и надежности. А если речь заходила о конкретных достижениях народного хозяйства, нам неизменно говорили про укрепление обороноспособности и показывали, как всё это летает, стреляет и взрывается. И тут я снова вспоминал свое босоногое детство, когда мы реально боялись ядерной войны и понимали, что оборона первична, а с остальным мы потерпим…

В этом году у нас снова были бесчисленные катастрофы и катаклизмы, жертв которых забывали через считанные дни.

В Россию вернулись политические убийства, и весь год цветы и свечи на Москворецком мосту не давали забыть об этом.

Уличных протестов стало меньше, но за сам факт выхода на улицу реально начали сажать. И кто знает, не вспомним ли мы еще с содроганием именно в 2015 году принятые законы, позволяющие чекистам стрелять по толпе и врываться в любые дома просто так, а тюремщикам делать с заключенными всё, что этим тюремщикам в головы взбредет?

Нас «вернули в молодость», заново закрутив шарманку «дела ЮКОСа».

На примере Чаек мы узнали, что высшая власть не просто может быть воровской и коррумпированной, но и в прямом смысле бандитской. Впрочем, что значит «узнали»? По телевизору про Чаек не говорили.

Как и про дальнобойщиков. Которых мы однажды, быть можем, вспомним как «буревестников революции». Потому что впервые за очень долгое время протестовать стали не «хипстеры и зажравшиеся москвичи», а «люди труда». Которых власть немедленно назвала теневиками, мошенниками и неплательщиками налогов. Все ради того, чтобы очередного сынка президентского приятеля порадовать денежкой.

Этой власти некуда деваться. И вслед за дальнобойщиками, она также затянет пояса – не свои! – у всех подряд. Потому что нефть, зараза, никак не хочет дорожать. И если мировая экономика при цене ниже 80 долларов вопреки прогнозам Путина так и не рухнула, то наша экономика при всем запасе богатств и резерве народного терпения рушится все сильнее и неуклоннее. И когда нефть при Путине станет стоить столько же, сколько стоила при Ельцине – вот тогда любопытно будет поглядеть на всё вокруг, — пишет  АНТОН ОРЕХЪ