Новый год в Европе (да и не только в Европе) принято обычно отсчитывать с 1 января. Однако Кремль свои новогодние торжества уже справил. В том смысле, что осенью 2015 года, судя по имеющимся данным, для РФ включился обратный отсчёт. С высокой долей вероятности мы можем говорить о том, что именно в течение ближайших двенадцати месяцев – от осени 2015-го до осени 2016-го – в России должны произойти очень и очень интересные события. Быть может, решающие. Быть может, решающие не только для неё.

Впрочем, если быть точным вполне, то следует сказать, что обратный отсчёт для Кремля включился в момент официальной аннексии Крыма. Просто тогда мы не знали цифр. А вот теперь уже цифры налицо.

Их дни сочтены

О чём речь? Речь о следующем:

1) 2016 год – это последний год, финансовые прорехи которого РФ может худо-бедно закрыть за счёт Резервного фонда. Что и было официально признано не кем-нибудь, а министром финансов РФ Силуановым: «Примерно на 2,6 трлн рублей мы сократим (в 2015 году) объём наших резервов – больше чем наполовину. Всё это означает, что 2016 г. – это тот последний год, когда мы сможем так тратить наши запасы, наши резервы. А дальше у нас таких ресурсов не будет».

То есть кубышка истощается. Совсем.

2) Пополнить её также будет нечем, так как повышения цен на нефть и газ не предвидится. КНР сбавила темпы роста и, похоже, начинает системную перестройку экономики. (Да-да, китайцы тоже хотят в постиндустриальный мир.) Серьёзная экспертная оценка ситуации звучит лаконично и просто, как обвинительный вердикт: «для производителей энергии и сырья замедление китайской экономики будет катастрофой».

Собственно, уже.

3) «Минский процесс» не то, чтобы совсем не идёт, но на снятие санкций до Нового года рассчитывать точно не приходится. А это значит, что даже частичное облегчение экономической ситуации (частичное – ибо кризис в российской экономике начался ещё до Крыма, а кроме того, снятие санкций отнюдь не приведёт к росту цен на нефть) в ближайшей перспективе нереально.

4) В сентябре 2016 года в РФ состоятся выборы в Госдуму. Аккурат к тому времени, когда экономика войдёт в крутое пике. Да, в России сейчас нет сильной и организованной оппозиции. Однако массовые выступления против фальсификации выборов (а они в РФ фальсифицируются, так сказать, по определению) могут очень изящно оттенять госпереворот, осуществлённый той или иной кремлёвской башней, добавляя ему столь необходимый демократический шарм.

Кстати сказать, если все прошлые разы Соединенные Штаты и Евросоюз на африканский балаган, которым в РФ заменили парламентские выборы, глаза «приподзакрывали», то теперь вполне могут и «приподоткрыть». В частности, могут использовать путинские избирательные махинации в качестве повода для продления старых санкций или введения новых.

В общем, получается один большой геморрой, разбавленный головной болью. А значит, у Кремля остался год для того, чтобы (в идеале) решить свои проблемы, или же (программа-минимум) получить отсрочку.

В связи с этим набор парадигм что во внешней, что во внутренней политике остаётся весьма ограниченным.

Внешнее направление

МИД РФ усиленно пытается торговаться с условным Западом. При этом максимум и минимум своих притязаний Кремль обозначил довольно чётко (главным образом – устами своих штатных и как бы независимых политолухов).

Минимум – оставьте нам Крым де-факто (де-юре можете не признавать), все остальное забирайте, плюс щедрые отступные. Максимум – Крым де-факто плюс сохранение Украины в сфере влияния РФ (внеблоковый статус, автономный феод «Оппоблока» в виде ОРДИЛОСОСа).

Главная проблема торга состоит в том, что ассортимент, имеющийся в распоряжении РФ, крайне ограничен. И в экономическом, и в политическом плане Кремлю просто нечего предложить в обмен на сдачу Украины и Крыма. Поэтому, по всей видимости, МИД РФ будет пытаться впарить своим «западным партнёрам» то, что обычно впаривает любая другая слаборазвитая диктатура:

1) Торговля пушечным мясом и предложение услуг в сфере «грязной работы».

Чем-то подобным, по некоторым данным, промышлял ещё Каддафи (который, например, не слишком гуманными методами сдерживал поток мигрантов, бегущих в Европу; ЕС в этом был заинтересован, но сам мараться не мог, и лидер Джамахирии был очень кстати).

Сие уже имеет место: ВВП(Х) пытается протолкнуть свою идею «новой антигитлеровской коалиции» для борьбы с ИГИЛом и прочим мировым терроризмом. Проблема лишь в том, что цена предложенного актива слишком мала, чтобы рассчитывать получить в обмен даже то, что в Кремле считают минимумом требований. Конечно, активное участие войск РФ облегчит разгром «Исламского государства», но, однако, оно не является решающим фактором. А кроме этого, никакой другой грязной работы для НАТО Путин выполнить не может.

2) Торговля страхом.

Подлинного мастерства в этом бизнесе в свое время достиг Пхеньян. Суть его сводится к тому, что политическим партнёрам (они же оппоненты) нужно внушить представление о себе как о безбашенном маньяке, держащем пальцы на ядерной кнопке. Чуть что – и весь мир в труху. Политический кризис искусственно создаётся, все напрягаются, после чего мнимый маньяк соглашается на переговоры. И в обмен на это получает пакет бонусов.

И этот метод РФ также уже начала использовать, причём весьма топорно, буквально на северокорейском уровне (якобы случайно попавшие на российский телеэкран схемы нового российского оружия). Технология имеет два недостатка. Во-первых, она уже давно известна и потому работает не слишком эффективно. Во-вторых, одно дело, когда вы, подобно северокорейцам, пытаетесь выторговать поставки безплатного (прим. ред. – авторская орфография) продовольствия или горюче-смазочных материалов, и совсем другое – когда вы пытаетесь выторговать, скажем, Крым. Последнее получить существенно сложнее (мягко говоря).

Однако из всего, что есть в кремлёвском арсенале, именно торговля страхом является самым мощным активом. И на него будет сделан акцент. К чему нужно быть готовым всем, и украинцам – в первую очередь.

3) Торговля страданиями собственного народа.

К этой мере прибегают многие диктаторские режимы. Посыл простой: да, мы плохие, да, вы нас ненавидите, но от ваших санкций страдает не правительство и не госаппарат, а простой народ. Потому либо снимите санкции, либо, на худой конец, подкиньте еды.

Опять же, Северная Корея успешно использовала этот метод для выбивания гуманитарной помощи, в том числе у своих «главных врагов» – Южной Кореи, Японии и США. Вполне возможно, что в случае резкого падения уровня жизни к этому средству прибегнет и Кремль. И даже получит результат, но ограниченный. То есть поставки гуманитарной помощи, чтобы люди не умирали с голоду, выцыганить будет реально, а вот снятие санкций, скажем, в финансовой сфере – очень вряд ли.

Как видно, все три варианта малоэффективны. Но, по всей видимости, именно их и будет обыгрывать путинский МИД, ибо ничего другого у него за душой пока что нет.

Внутреннее направление

Здесь тренд очевиден: усиление репрессий, в том числе (хотя и изредка и непоследовательно) и в отношении госаппарата и правящего слоя. Но в первую очередь, конечно, речь идёт о преследовании политических противников и инакомыслящих вообще. Аресты, бывшие накануне 4 ноября, в этом смысле вполне показательны. Кремль поставил своей задачей уничтожить не то что всякую организованную оппозицию, но даже и разрушить всякую потенциальную точку сборки для неё.

Однако и здесь возможна серьёзная развилка. Идущее закручивание гаек может быть как средством временно «подморозить» РФ в надежде успеть как-то решить часть вышеописанных проблем за оставшийся год, так и сознательным курсом на построение уже неприкрытой диктатуры тоталитарного типа. (Подробнее об этом было написано здесь.) Очевидно, что в россиянской «элите» есть и те, кто уповает на временный характер репрессивной политики, и сторонники её последовательной реализации, во всей её красе и великолепии.

Предсказать все возможные телодвижения правящего слоя РФ затруднительно, потому хотя бы, что первое лицо этого самого слоя делом доказало свою способность действовать иррационально. Но, если попытаться оценить ситуацию логически, можно ожидать следующего:

— Попытка сыграть на опережение – с любой стороны. Всем понятно, что дожидаться обрушения экономики – не лучший вариант. Поэтому теоретически возможен как запуск Перестройки 2.0 (как бы либеральный вариант), так и переформатирование в открытую и полноценную диктатуру тоталитарного типа (альтернатива от условных силовиков) ещё до осени и даже до лета 2016 года. Правда, это технически сложно – кому-то кого-то придётся съесть, и не факт, что это реально в условиях ещё недоеденной стабильности.

— В случае игры на опережение, похоже, больше шансов у сторонников жёсткого курса.

— Те силы внутри элиты РФ, которые так или иначе заинтересованы в regime change (в западном направлении), в преддверии осени будут потихоньку обкатывать соответствующий политтехнологический арсенал. Возможно даже, уже обкатывают, но, с позволения читателей, мы не будем здесь разбирать конкретные примеры, дабы и в малом не навредить этому делу.

Но, в любом случае, час «X» близок. И, по большому счёту, отменить его может либо быстрое снятие всех санкций, наложенных США и ЕС на РФ, и начало активного экономического сотрудничества с Путиным, либо резкий рост цен на нефть – в два-три раза.

И первое, и особенно второе – маловероятно. А значит, РФ выходит на финишную прямую. И после того как эта прямая будет неизбежно преодолена, и для РФ, и для её соседей изменится очень многое.

Димитрий Саввин