«Корневой» для российского сознания миф – это, то, что за исламскими террористами стоит ЦРУ. Миф этот старый, гораздо старше, например, мифа о «спонсированном Госдепом» Майдане.

Кремль не может не думать о том, как перенять с пользой для себя это вымышленное им же самим «оружие ЦРУ». Я не знаю, что именно он думает на этот счет, но уверен, что вовсе не думать об этом он не может.

Сейчас говорят, что от последних терактов, в Египте и во Франции, выиграло главным образом ИГ. Это не так. Толпа беснующихся при виде чужого горя мусульман не может быть бенефициаром теракта, она просто ловит кайф в своем безумии. Бенефициаром может быть только структура, способная извлечь измеряемую в каких-то конкретных показателях прибыль, а единственная структура, которая выиграла от крушения самолета над Синаем и от бойни в Париже, единственная структура, чьи ранее заявленные цели существенно приблизились в результате терактов – это режим Путина. Карт-бланш на изоляцию граждан от внешнего мира, в том числе, обсуждаемый запрет выезда в Европу (хотя бы МИД и опроверг появившуюся информацию об этом), а также прекрасный шанс навязать Западу союзничество и заставить его забыть об Украине – ни для одного из правительств какой-либо страны мира действия террористов не открыли подобных перспектив. Эту повестку Путин сейчас реализует на G20.

Похожая ситуация сложилась и после 9/11, когда на почве «общих вызовов» России простили Чечню (вспомним как активно Кремль предлагал США свою помощь, вспомним заявление о находке ФСБ в Чечне «планов» нападения на WTC), а Путин стал лучшим другом Буша-младшего, при этом США на долгие годы получили проблему с интервенцией в Афганистан.

А уж вторжение Басаева в Дагестан в августе 1999 и последующие взрывы российских домов были на руку только Путину и тем, кто вел его к власти.

Я далеко не убежден в справедливости тезиса «ФСБ взрывает Россию», но три вещи вполне очевидны:
1) Кремль верит в эффективность использования исламских террористов в геополитической борьбе (поскольку российские идеологи давно уже упрекают в этом ненавистные им США);
2) Кремль верит, что цинизм является основной современной политики;
3) Кремль последовательно оказывается главным, а порой и единственным выгодополучателем от деятельности исламских террористов, что неудивительно: среди их врагов немало общих и главный из них – современная западная цивилизация с ее либерализмом и правами человека.

Подобное сходство интересов и подобная же неразборчивость в средствах если и не определили полностью причины альянса Сталина с Гитлером в 1939, то уж точно стали основным условием, без которого этот альянс не мог бы состояться.

Я далек от того чтобы обвинять Россию в организации терактов, но несомненно, что Россия давно стала как минимум идейно-политической подпоркой терроризма. Так, например, мало кто обвиняет Россию в намерении сбить малазийский «Боинг», но очевидно, что без финансовой и военной поддержки Россией донецких сепаратистов трагедии бы не произошло. Кстати, в этом случае Россия не оказалась выгодополучателем – она планировала стать выгодополучателем от поставки «Бука», но не от его безграмотного применения по гражданскому самолету.

Ситуация с «Буком» иллюстрирует связь России с международным терроризмом – не прямую, но и не случайную и даже вполне закономерную. Антизападничество и обостренный антиамериканизм России (а если прав человека нет, так и все дозволено), ее вера в то что мировое лидерство неразрывно связано с бряцанием оружием, ущемление прав, лихие подставы нерасторопных конкурентов, строгая иерархия общества, хитрые чекисткие игры во имя торжества Идеи над личностью – со всем этим набором адских скреп Россия давно стала идейно близкой тем кто стремится взорвать мировой порядок.

И это только начало, — пишет Михаил Соломатин