Боевики в районе Донецка и Марьинки готовы к наступлению, ради которого стягивают бронетехнику и другое наступательное вооружение. Кроме этого они усиливают ночные обстрелы украинских позиций, чтобы в случае необходимости провокация «ответного удара» выглядела логичной.

Об этом на своей странице в социальной сети Фейсбук пишет политолог Кирилл Сазонов.

«Тот факт, что украинская разведка обнаружила в районе шахты Калинина порядка двадцати замаскированных танков и еще четыре в районе Марьинки имеет единственное объяснение. Для того, чтобы понять ситуацию достаточно знать, что танки уже долгие годы являются одним из самых эффективных видов атакующего вооружения. Конечно, можно его спрятать в капонире или вообще закопать по самую башню и отстреливаться из пушки. Но это ненадолго – потеряв подвижность, танк станет очень хорошей мишенью, за что артиллерия скажет «Большое спасибо», а черти в аду – «Добро пожаловать». По огневой мощи танк уступает стационарным артбатареям. Единственное его достоинство – подвижность, способность взламывать оборону. И наличие (концентрация) танков вблизи линии границы или фронта всегда говорила об одном – готовится наступление», — пишет эксперт.

По мнению Кирилла Сазонова, последним сигналом перед наступлением будет обстрел боевиками оккупированных городов в качестве провокации.

«Участившиеся обстрелы наших позиций со стороны боевиков лишнее тому доказательство. В нужный момент после обстрела украинских позиций ДРГ террористов шарахнет по мирным кварталам оккупированного Донецка или Горловки, обвинит ВСУ в неадекватной «ответке», объявит о необходимости принять меры – тут танки и пригодятся. Ресурсов для удара в Донецкой области у боевиков сейчас хватает. Для серьезного наступления – нет. Да и печальный опыт штурма украинских позиций в той же Марьинке еще не стерся из памяти. Наступательный потенциал ДНР постарается использовать с максимальной эффективностью, но исключительно для шантажа Украины. Но решения принимают не в Донецке, а в Москве и что придет в больные кремлевские головы не знает никто», — пишет он.