Московский писатель Шендерович рассказал в статье, опубликованной в демократистском «Ежедневном журнале», о ситуации в России и ближайших перспективах этой страны. Он в частности пишет:

«Я не понимаю логики россиян, которые дали сделать себя ментальными заложниками убийц и, радостно зажмурившись, дружными колоннами маршируют навстречу Аду. Аду — как минимум социально-экономическому…

И ладно бы, действительно речь шла только об оруэлловских «пролах», пришибленных пропагандой, — но в поощрении ада принимают участие люди, вполне владеющие компьютерной «мышкой», а значит, имеющие легкий доступ к реальной информации. И вроде бы не идиоты, чтобы не видеть на шаг вперед…

Что же заставляет их делать это? Ответ банальный: трусость. И уже как следствие трусости — «стокгольмский синдром». Ментальная сдача бандиту, избавляющая человека от экзистенциального личного выбора.

Этот синдром уменьшает шансы заложников на коллективное освобождение — и, в конечном счете, опасен, не говоря о нравственной стороне вопроса. Ибо хорошо умирать в мире с собой, но стыдно умирать в мире с бандитом…

Все тоталитарные режимы набиты изнутри этим диагнозом. И чем опаснее режим, тем, как правило, бесстыднее выражение радости по поводу того, что твоя жизнь в руках у бандита…

Они визжат, чтобы заглушить свой страх. Мы еще не визжим массово, но страх сидит уже в подкорке.

Речь здесь не о продажной путинской элите, которая давно «вошла в долю» и боится эту долю потерять, — я говорю о «нормальных» людях, связывающих свою жизнь и жизнь своих детей с русской культурой и русским пейзажем («русская культура» вся заимствована (украдена), а равнинно-болотные пейзажи коренной Московии мягко говоря, неприглядны — КЦ), а не с распилом закромов Родины. Я говорю о тех, по кому в итоге больнее всего ударит уже близкое грядущее.

И я вынужден закавычивать слово, характеризующее нормальность этой части путинского электората: если это «норма», то очень далекая не только от достоинства, но и от самосохранения.

По-моему, российским обывателям самое время прикинуть что-нибудь к носу — и понять разницу между своим собственным интересом и интересами кремлевской администрации.

У виновных в массовых убийствах нет никакой перспективы вне абсолютной власти в России; их уже не напугают никакие санкции и не остановит никакая кровь: хуже, чем они заслуживают, им уже не будет».