\"B_P-lM9XAAA4Fg5\"4 марта 2012 года Владимир Путин, являвшийся в то время премьер-министром, одержал уже в первом туре победу на президентских выборах. Хотя формально инаугурация состоялась 7 мая, именно вечер 4 марта является фактическим началом нового периода путинского правления

Политолог Станислав Белковский заверил Открытую Россию: подводя итоги половины очередного путинского срока, можно констатировать, что самое страшное еще не произошло.

— Очередной президентский срок Путина проходит через условный «экватор» на фоне очень мрачных событий: продолжающаяся война в Украине с очевидным участием российских войск, убийство Бориса Немцова, голодающая в тюрьме Надежда Савченко. Можно ли сказать, что сбываются самые худшие опасения в связи с возвращением Путина в президентское кресло?

— Мои худшие опасения еще не подтвердились. Моими худшими опасениями является ядерная война. Она еще пока не случилась, но она возможна. Во-первых, сейчас Путин считает себя величайшим государственным деятелем мира из ныне живущих, а также крупнейшей фигурой русской историираньше все же он так не считал. Это закономерный итог той огромной лести, которая сопровождала его и на протяжении всей первой половины его нынешнего президентского срока, и вообще на протяжении пятнадцати лет его фактического пребывания у власти. Причем эта лесть исходила не только от его друзей и почитателей, но фактически и от его врагов, которые критиковали Путина, но так, что от этого у него только укреплялось представление о собственном величии. Я пытался много лет обратить внимание именно на эту нездоровую тенденцию, но оппоненты Путина продолжали его восхвалять через негатив.

— Это привело к тому, что Путин стал президентом войны?

— Да, Путин, как мне кажется, абсолютно разуверился в возможности обустройства в России какой-то мирной жизни европейского образца, а в 2000 году, приходя к власти, он делал ставку именно на это  на постепенное вступление России в Евросоюз и в НАТО. А раз нет возможности устроить в России мирную жизнь, значит, надо жить военной жизнью, и Путин к этому абсолютно готов. И мне кажется, идея смерти для него является сейчас превалирующей, поэтому возможно всё, и до худшего мы еще не дожили.

— Путин будет держаться за власть вплоть до самой последней точки своего физического дряхления?

— Путину не кажется, что он держится за власть, потому что он убежден, что его власти ничего не угрожает. У него есть верноподданный народ, у него есть верноподданные войска общей численностью примерно в два миллиона человек, его власти в России ничто не грозит. И Путин смотрит широко открытыми глазами в лицо смерти, но смерти именно в высоком, метафизическом смысле этого слова. И он готов умереть вместе с Россией, поскольку, как мы знаем, в соответствии с некоторыми современными доктринами, Россия и Путин суть одно. Говорит  Станислав Белковский