\"Мир\"

Пытаясь разобраться в умопомрачительно-наглом убийстве Немцова, я обратилась к своим старым соседям по Замоскворечью\», — пишет в своей статье в The Guardian московская журналистка и драматург Наталья Антонова. \»Не называй это убийством, назови это подходящим словом — \»публичная казнь\», — сказала ее старая приятельница Катя.

Для Кати гибель Немцова — очередная катастрофа в \»серии катастроф\», которые произошли после аннексии Крыма. \»Катя сказала, что не знает точно, кому может быть выгодно это насилие, но указала, что действия правительства в сочетании с государственной пропагандой многое сделали для дестабилизации общества\», — говорится в статье. \»Возможно, это группа полоумных, которые посмотрели слишком много передач о страшных либералах, — сказала Катя. — А может быть, это что-то намного хуже\».

Сторонники правительства утверждают, что убийство Немцова могло быть плодом заговора либералов. Пенсионер Сергей сказал: \»Взглянем правде в лицо: Немцов не представлял собой ничего особенного. Он был хорошо известен только благодаря тому, что в прошлом работал в правительстве. Он не имел политического будущего. И его дружки решили, что им можно пожертвовать\».

По мнению автора, Сергей — типичный представитель той значительной доли населения, которая после аннексии Крыма сплотилась вокруг Путина. Несмотря на экономические проблемы, эти люди еще верят в светлое будущее. Они бросают вызов тому, что считают иностранными провокациями.

\»Но для меньшинства россиян, которое в ужасе наблюдало, как их страна ополчилась против соседней Украины и Запада, убийство столь заметного критика правительства — символ того, что впереди еще большие ужасы\», — говорится в статье. Драматург Марина Крапивина сказала, что всерьез опасается нового террора наподобие событий 30-х годов. По ее словам, в 90-е годы россияне \»не справились со старыми ранами, и раны нагноились\».

В результате большинство жаждет снять всю вину с правительства, в том числе с машины пропаганды. \»Авторитарное правительство фактически берет собственных граждан в заложники\», — пишет автор. По ее мнению, у многих россиян стокгольмский синдром: \»они хотят верить, что их правители добры, милосердны и имеют самые благие намерения\».

Варварское убийство Немцова, нарушенный покой старинного района, вероятность того, что призывы к карам не остаются без последствий — все это, вероятно, будет вытеснено из общественного сознания. \»Честно говоря, это слишком тяжелое бремя, особенно в России, где общественное мнение настолько зависит от однобокого освещения событий на телевидении\», — пишет автор.

Антоновой казалось, что Немцов испытывал ужасный стресс, усталость от роли \»врага общества\». \»Теперь Немцов упокоился с миром. Но за нас остальных я серьезно беспокоюсь\», — так завершается статья.