Российская власть причастна к этому преступлению, кто бы ни оказался убийцей. И заявления о том, что Немцов не представлял угрозы для Кремля, делу не помогут, пишет журналист Юрий Божич в блогах на НВ.

Убит Борис Немцов. И теперь вся сволота – Кремль и окружение – начнет притворяться, что он «не был достойным оппонентом Путина». Эта свора постоянна в своей риторике. До Немцова в роли «мелких фигур», и рядом не стоявших с российским фюрером, уже побывали Анна Политковская и Александр Литвиненко.

Политковскую расстреляли 7 октября 2006 года в лифте дома, где она жила. В центре Москвы. В день рождения Путина. Кремлевские петухи тут же загорланили о провокации, о том, что убийство было невыгодно тому, кто отмечал тогда свою 54-ю годовщину. Мол, нечего изображать здесь ритуальное жертвоприношение.

Однако голосов этих троллей показалось мало даже их хозяину. Подключили тяжелую артиллерию в лице таких фигур, как Герхард Шредер. Бывший канцлер Германии, всерьез обосновавшийся у лоснящегося от жира корыта Газпрома, естественно, заявил, что ВВП – не каннибал, а девственница, хоть и лысая: журналисты гибнут по всему свету пачками, но почему-то «никто не пытается в каждом из этих случаев обвинить правительство. Здесь же, в России, что бы ни происходило — это все Путин».

Версий того убийства, как известно, было несколько. Среди предполагаемых заказчиков фигурировали Кадыров и Березовский. Расследование закончилось без каких-либо результатов. Братьев Махмудовых, арестованных по подозрению в причастности к преступлению, отпустили из зала суда, российское правосудие «восторжествовало». Показательно, что Анну Политковскую лишили жизни буквально за два часа до того, как она должна была отправить в печать результаты сенсационного расследования о пытках в Чечне.

О смерти Александра Литвиненко, обстоятельства которой ныне рассматриваются в суде Лондона, распространяться, видимо, не стоит. Он пережил Политковскую всего на полтора месяца. И кремлевские завывания о том, что «гусь свинье не товарищ»: где, мол, ваш Литвиненко, а где Путин, фильтруйте базар, сочувствующие! – стали в его случае не самым интересным проявлением реакции российской власти на смерть этого человека.

Показательным стало то, с каким непосредственным цинизмом отреагировал на трагедию сам кремлевский карлик. Он по горячим следам заявил: «В заключении британских врачей не указано, что это насильственная смерть. Значит, нет предмета для разговоров подобного рода».

Мол, не пойман – не вор. Это резануло ухо всем – и европейцам, и не-европейцам. Ну конечно! Литвиненко сам себя порешил, избрав путь страшных мук, дабы с особым коварством дискредитировать Кремль. «По этой версии, — прокомментировала тогда сооружаемый российской властью театр абсурда Валерия Новодворская, — все 60 миллионов жертв сталинского режима сами улеглись в могилы, чтобы скомпрометировать Иосифа Виссарионовича, а мы, диссиденты, сами запирались в лефортовских камерах, чтобы скомпрометировать Брежнева».

Теперь вот – гибель Бориса Ефимовича, которую уже успели уподобить смерти Кирова в эпоху «сталинского средневековья» ХХ века. Мы еще наверняка услышим какой-то дислексический бред Путина: расследовать, наказать, взять под личный контроль. Чуть позже, скорее всего, скажут, что все это – проделки «вашингтонского обкома». Этим грязным «пиндосам», видите ли, выгодно было завалить лидера российской оппозиции. Им, а не Путину. Ведь кто он такой для ВВП? Да никто!

Как выразился пресс-секретарь фюрера Песков, «при всем уважении к памяти Бориса Немцова, в политическом плане он не представлял какой-либо угрозы, имеется в виду, разумеется, политической, для действующего руководства РФ и для Владимира Путина». Ну ясно – лошадь, раз рога! И главное – все очень точно ложится в одну и ту же лузу. Литвиненко, написавший «ФСБ взрывает Россию» — не угроза. Политковская со своими чеченскими разоблачениями – тоже. Немцов, собиравшийся опубликовать доклад с доказательствами участия российских военных в войне в Донбассе, – так, мелкая сошка.

По логике Кремля, в стране двуглавого орла даже человек, располагающий доказательствами того, что Путин питается человечиной (что в метафорическом смысле уже и происходит), не представлял бы никакой опасности. Самое печальное, что в этих циничных построениях пресловутых «духовных скреп» нынешней России – куда больше, чем можно предположить. Путин и в самом деле не боится никакой правды о себе – до той поры, пока эта правда не озвучена на федеральных каналах. Если Киселев и Ко о ней не говорят (а они, понятно, не говорят), значит, явления как бы и не существует.

Борис Немцов в своем предсмертном, по сути, интервью на «Эхе Москвы» не случайно подчеркнул, на чем именно держатся пресловутые 86% путинской поддержки — на том, что оппозицию не пускают на ТВ. Народу впаривают провонявшую идеологическую осетрину made in Kremlin. А о дебатах формата «Немцов – Путин» в этих условиях можно говорить лишь как о гипотетическом действе.

Притом, что ряд вопросов, о которых оппозиционер успел объявить перед смертью, прозвучи они в реальной дискуссии на федеральном канале, превратил бы рейтинги Путина в пригоршню пепла (хоть и не радиоактивного). Например: «Почему вы, Верховный главнокомандующий, отрекаетесь от собственных солдат?» И – карты/факты на стол! Причем на самом деле таких вопросов – тьма. Но речь, собственно, не о конкретике, а о самой возможности подобного спарринга.

Когда глубокоуважаемый мною Андрей Макаревич пишет о том, что главная задача российской власти – провести быстрое расследование убийства Бориса Немцова, я с этим не могу согласиться. Дело не в скорости. Во всяком случае, не в этом типе скорости. Путин уже успел дать соответствующую команду силовикам. И что? Кто-то всерьез верит, что на скамью подсудимых попадут реальные организаторы преступления, а не козлы отпущения? Что ж, давайте поиграем на тотализаторе, если угодно.

Не надо строить иллюзий! Кого бы ни назначила в убийцы российская власть, она сама от причастности к факту чудовищного убийства этим шагом не отмоется. Поскольку именно она ответственна за тот трупный бульон нетерпимости, в котором ныне купается Россия. И если даже за убийством Немцова стоит какой-то фанатичный адепт «Русского мира» (как это было в случае со смертью Галины Старовойтовой), он – рукотворное создание Франкенштейна Владимировича Путина.

Может ли Кремль каким-то образом замолить свои грехи? Нет. Но он может дать России шанс измениться. Каким образом? Тем же, что и создавал убогую и затхлую атмосферу в стране. Кремлю, если он и впрямь хочет снять с себя хотя бы часть ответственности за произошедшее, следует, наконец, запустить в стране механизм дискуссии между властью и оппозицией. Дать последней доступ на центральные каналы. Позволить (о, ужас!) регулярно развенчивать ложь, которую сам он, Кремль, стряпает и плодит в неслыханных масштабах. Путин, желающий отмыться, должен превратить себя в «прикасаемого». В каком-то смысле Борис Немцов именно за предоставление такой возможности и погиб.

Подобного не будет? Да, пожалуй. Однако остальные действия Кремля в контексте случившейся трагедии не имеют ни смысла, ни значения. Миру, собственно, и так все понятно. Ну а путинское большинство может и дальше спать спокойно. Его летаргию ничем, кроме «России-1», НТВ и их подельников не прошибешь. Даже другими политическими убийствами, которые устранение Бориса Немцова, в сущности, просто анонсирует.