Раньше в таких случаях всегда хотелось куда-то ехать, с кем-то встречаться, что-то говорить, что-то делать. Сегодня впервые хочется побыть одному. Говорить уже не о чем. Обсуждать больше нечего. Все давным давно понятно. Да и делать-то, собственно, уже нечего. Страна погружается во тьму. В средневековье. Выход обратно на свет будет стоить дорого. Это все понятно уже. И поделать тут тоже уже почти ничего нельзя. Небольшой шанс еще остается, но… Да почти и некому уже делать-то. Кто уехал, кто в тюрьме, кто убит.
Раньше в таких случаях… Жуткие слова. Жуткие годы.
Он, понятно, не убивал многих из тех людей, смерти которых ему приписывают. Политковскую не убивал. Эстемирову. Маркелова. Магнитского. Но в историю его имя войдет именно вместе с этими смертями. Навсегда. Прочно. Навеки.

Автор: Аркадий Бабченко