Читаешь, слышишь вполне разумных и приличных людей и понимаешь, что все безнадежно. Орешкин говорит, что после смерти Немцова люди, наконец, поймут какой режим ими управляет — да, Господи, 20 лет назад и им и Орешкину надо было понять, что готовится и происходит в России. Владимир Рыжков говорит, что смерть Немцова это развилка для Путина, выбор между уничтожением укоренившегося благодаря власти в России террористического подполья и каким-то другим путем, отличным от залитой кровью Нигерии, диалогом с оппозицией, выбором другого курса. Остальные говорят о том, как они потрясены, о том, что это «сакральная жертва». Кто сознательно лжет от страха, а кто, действительно, ничего не способен понять.

А между тем дней пять назад Кудрин заявил, что Путин готов к реформам. И убийство Немцова это и есть внятный ответ Кудрину о реформах и тот выбор, о котором говорит Рыжков. Выбор не предстоит, выбор уже сделан. Убийство Немцова — это политическая декларация давно уже понятного курса. Объяснение всем тем бизнесменам и журналистам, политикам и даже скромным общественным работникам, которые двадцать с лишним лет считали, что, если сидеть в своих углах тихо, видеть только то, что разрешено, говорить и печатать только то, что позволено, то в России можно как-то прожить, а как некоторые надеялись, даже составить себе состояние, добиться успеха. Они ведь все делают по правилам, только так, как им разрешают. Но убийство Немцова — констатация того, что правила по ходу игры меняются, а им тихим и вежливым никто не сообщает об этом, их просто убивают. Ничего личного. Просто в каждом времени должны быть свои жертвы.

Убийство Немцова это внятное объяснение тем, кто еще не понял, кто надеялся приспособиться, что война уже не прекратиться, что жизнь будет в России, как при Сталине, а из-за проклятых америкосов еды будет все меньше, а заработки все ниже. Господи, да что это за люди вокруг нас, которым все объясняют таким внятным и доступным образом, а они все равно не понимают.

Автор: Сергей Григорьянц