В России национальной игрой принято считать шахматы. Логика просчета ходов завораживает холодной математикой без эмоций, — пишет Дмитрий Бергер для \»Хвилі\».

А на западе такой игрой является покер. Просчитываются не столько карты, сколько партнеры. Как в политике. От России долго ждали игры по четким шахматным правилам, но Путин предпочел играть в покер, не совсем поняв стратегии игры. Еще в начале событий на Украине, западные политические аналитики прямо говорили, что Путин неплохой тактик и никакой стратег. Блефовать же стоит только когда тебя плохо знают. Довольно долгое время все делали вид, что верят в российский блеф. Впрочем, никто особо не сомневался в том, какие карты были на руках президента России на самом деле. Слова американского сенатора Джона Маккейна о том, что Россия – бензоколонка с ядерным оружием, ни для кого не были каким-то особым открытием. Другое дело, что после распада Советского Союза все надеялись, что бензоколонка сможет диверсифицироваться в нечто большее, а достичь этого можно было лишь с помощью рыночной системы экономики и свободы мысли. Когда Россию звали в эксклюзивные клубы вроде G-8, это было не признанием достижений или даже равенства, а авансом и поощрением. Мол, вы постоянно требуете знать, уважаем ли мы вас? Вот вам, уважаем, и ждем ответного уважения, которое вы проявите, когда станете одним из нас, демократичными и рыночными.

Я не думаю, что в начале своего правления, несмотря на то, что к власти он пришел и утвердился при довольно мутных обстоятельствах, Путин лгал, когда выражал свою приверженность демократии и горел желанием сделать из коррумпированной бензоколонки развитую страну. Но судьбу страны вмешался ее менталитет, который прекрасно подходит под слова нашего всего, Пушкина, написанные им по поводу того, отчего друзья талантливого Грибоедова не удосужились написать о погибшем таланте. “Мы ленивы и нелюбопытны”. Так, в очередной раз, произошло с режимом Путина. Пришли питерские во власть с горячими сердцами и холодными головами, покрутились, покрутились, а потом и сказали себе примерно так, как и до них говорили другие: “ Что-то это дело реформы системы и борьбы с коррупцией какое-то сложное, непонятное и неблагодарное. Никто спасибо точно не скажет. А тут нефть течет как бы сама по себе, и цены на нее тоже как бы сами по себе лезут в гору. От добра добра не ищут, а деньгами любую проблему можно закидать. Немного денежек народу раздадим, он и возрадуется; туземных вождей подкупим, и будет по окраинам тихо; а найдется недовольный, так на то СМИ есть – подкинем и им деньгу, затравят кого угодно. И всем будет хорошо и, главное, ничего особо нам делать и не надо”. Огромному большинству, сформировавшемуся на мечте о сытом брежневском застое, такая идея сразу понравилась. Ему тоже не нужно было больше задумываться, откуда деньги берутся. Как в старой миниатюре у Райкина: “Так, ты премию получил? Получил! Я премию получил? Получил! Чего тебе надо, чего мине надо?” То есть, вместо того, чтобы вкладывать в развитие научного образования и частного предпринимательства, деньги по существу стали вкладывать в лень и ограниченность ума в качестве государственной идеологии..

Естественно, такой подход к перераспределению благ неизбежно оказал влияние на культуру общества. Если в советские времена идеология накладывала хоть какой-то облагораживающий, что ли, отпечаток, настаивая, что советский человек был самым читающим мире, и что на свете существуют и нематериальные ценности, то в путинское время приземленное быкование 90-х стало из экстрима общей нормой. Когда раньше устраивали показуху с “великой русской культурой”, это вызывало легкое раздражение. Сейчас подобные выламывания, вроде церемонии открытия Олимпиады в Сочи, пугают. Когда самое антинаучное, антиинтеллектуальное правительство во всей, вероятно, истории страны пытается примазаться к всемирной славе людей, часть из которых особо в России и не жила, да и в сегодняшней российской атмосфере им бы долго протянуть не удалось. Сикорский и Чайковский? Кандинский и Малевич? Набоков и Дягилева? Толстой и Чехов? Как долго бы они протянули? Как у Довлатова: “Пушкин не согласился бы жить в этом микрорайоне… Пушкин не согласился бы жить… в этом году!” Да и сама Олимпиада тоже была еще теми ура-патриотическими понтами, на фоне которых никто не обратил внимания, что золотыми медалями Россия прирастала не в последнюю очередь за счет южнокорейца и американца вовремя вставших под российский триколор. Так что и тут импортозамещения не получилось.

Россию Путина, и не только из-за агрессивной политики по отношению к соседям или олимпийского фетиша, иногда сравнивают с нацисткой Германией, а часто просто называют фашистским или феодальным режимом. Тут (вот уж никогда бы не подумал!) я должен оградить фашистов и феодалов от такого сравнения. По крайней мере, системы, основанные на принципах корпоративизма, фокусируются на организации общего порядка. Как говорят, зато при Муссолини поезда ходили по строго расписанию. Феодализм был вполне гибкой и эффективной системой организации доиндустриального общества и экономики, с довольно размытыми классовыми отношениями. В Китае он существовал, по крайней мере, 3 тысячи лет. Дурную славу ему создали уже в Новое Время, когда классовую-кастовую стратификацию общества в условиях нарастающей индустриализации стали механически переносить на все остальные эпохи. Крепостничество же в России появилось как раз к началу Нового Времени, и было не формой феодализма, от которого отошли, а, скорее, рабовладения. Массовое трудоемкое производство на продажу требует или механизации, или работизации, в смысле рабов. Примерно тогда же в Америку стали завозить африканских работников с той же целью. И освободили их примерно в одно и то же время, как и крепостных в России. Так что Россия больше всего напоминает мне Древний Египет.

Моноэкономикам, вроде Древнего Египта или современной России, объективной нужды в демократии нет. Вовлечение масс в управление страной требуется только в местах с диверсифицированной, многоотраслевой экономикой, независимой от государства. А Египет экспортировал, и РФ экспортирует углеводороды в виде зерна и, соответственно, нефти, а на полученные доходы содержатся немалые армии и создается дорогостоящая духовность в виде пирамид с мумиями или олимпиад с молебнами. Государство-корпорация тут и есть экономика. Все, не связанное напрямую с производством и охраной углеводородов, ему только мешает.

Но получается такая маленькая неувязочка. В древности все было невероятно низкоурожайным и трудоемким. А рабочих рук очень не хватало. Загляните в Библию. Там приказывают плодиться и размножаться. Там чуть что, хватают целый народ и волокут к себе на постоянное место жительства то в Египет, то в Вавилон. Даже в более многолюдные времена Римской империи, пленных мятежников-евреев снова потащили, на это раз в Рим, строить Колизей, причем на конфискованные у них же деньги. Правда, после завершения строительства такую ораву рабов девать было особо некуда, и многим пленникам дали возможность выкупиться из рабства. Ну не кормить же их задаром.

Вот тут и кроется проблема России. Производство ее углеводов совершенно нетрудоемкое. Проскакивают данные, что во всей РФ непосредственно в производство затребованных вещей, которые кто-то покупает, вовлечено 10-15 миллионов человек. Из 140 миллионов минус пенсионеры и дети и мелкие сервисные бизнесы. Чем занимаются остальные десятки миллионов? Как это влияет на их самосознание и самоощущение? В чем они видят смысл и радость жизни?

Ох, это не праздные вопросы. Одной из причин заката Советского Союза я вижу в обесценивании собственного труда. Мы работали на огромном заводе, производили невероятное количество электромоторов всех видов, и никого не волновало качество и предназначение результатов нашей работы. Премия нужна всем, и замначальника цеха в последний день месяца пропускал через контроль недоделки, чтобы потом их кое-как довести до кондиции. И только для военных и на выставки от нас требовалось качество продукции. Все остальное было для зарплаты. Но советская тяжелая индустрия почила в бозе. Самообман заменила пустота.

России скучно и тоскливо. Даже на самом верху. И взрослые люди, которым нечем заняться, начинают играть. Послушайте, что они говорят в интервью и убедитесь, что понять их можно только при условии, что все это игра. И когда любители военного косплея со старорежимными лампасами и новейшим настоящим оружием зовут поиграть на Донбассе, желающие пострелять тут же появляются. На худой конец идут побороться с врагами системы в интернете. Просматривая форумные послания “ватно-диванных войск”, поражаешься насколько они противоречивы и часто совершенно оторваны от реальности. Но если подобные рассуждения их президента, в которых одно предложение противоречит следующему, всего лишь умышленная попытка избежать ответственности за свои действия, то что мотивирует его верноподданных для меня загадка. Создается впечатление, что разрыва сознания у них не происходит только потому, что и реально и виртуально они занимаются этим не из каких-то материальных и духовных побуждений, а от скуки, и логика их совершенно не занимает. Если помочь им решить вопрос, они обижаются, так как игра прерывается и начинается будничная жизнь. Истина тут не причем. Вся эта борьба с врагами русского мира, показушная набожность и даже полная, вполне искренняя готовность сдохнуть за это больше похожи на психоз в результате насильственной сенсорной депривации, когда живой, нуждающийся в работе человеческий мозг в отчаянии начинает заполнять пустоту химерами. Но строить жизнь на химерах невозможно.

Существует вероятность, что из-за комбинации упомянутых и других факторов, Российская Федерация вплотную подойдет к распаду. Понятно, что у украинцев мысль о гибели врага, скорее всего, вызовет только радость. Однако не спешите радоваться! Помните про “too big to fail”? Подумайте, что произойдет при коллапсе такого гиганта как Россия? Вы думаете ситуация на Донбассе ужасна? Представьте себе кучу таких Донбассов на огромном куске Земли, политику которых будет определять химеры в головах, выпестованные за годы вставания с колен. Представьте себе размер такой катастрофы, от которой западные страны, в отличие от прошлых африканских коллапсов, просто не смогут отвернуться. Миллионы беженцев захлестнут всех на пути от Москвы до Лиссабона. Экономический импакт будет эквивалентом воздействия взрыва супервулкана на экосистему планеты. Всем будет очень, очень плохо.

Не случайно, что европейские политики время от времени пробуют воду предположениями смягчить или даже отменить санкции против России. Они не боятся угроз Путина и не переживают из-за мелких потерь от встречных самоубийственных российских санкций. Их тайно должен страшить полный, мгновенный развал России, которой после этого уже никто и ничего не поможет. Когда идиоты верещат, что запад хочет завоевать или разрушить Россию, они не понимают, что меньше всего кто-то хочет заиметь такую головную боль или чистить последствия ее развала. Запад желает сильной и развитой России, похоже, больше чем ее граждане, которых вполне устраивает ее монотонная убогость. НАТО хорошо ведет стандартную войну, Россия ему вовсе не соперник, и все это понимают. Но к гуманитарной катастрофе планетарных масштабов не готов никто. Поэтому Путину прощали и наглость, и неуклюжий блеф. Но он поставил всех перед выбором: крепкая, интегрированная в мир, демократическая, развитая Россия или коллапс в мрачное царство морлоков из “Машины времени” Уэллса. И, я боюсь, что российский президент свой выбор, так или иначе, сделал.

Многое из вышесказанного применимо и к Украине. В меньшей степени, но многие проблемы оказались общими для постсоветских стран. И, как все уже осознали, проблемы России никогда не остаются проблемами России. Даже в лучшие времена они переливались через край в широкий мир. Сейчас их просто намеренно выплескивают всем на головы. Но даже напугавшая многих так называемая гибридная война работает только там, где люди готовы не думать за себя и предпочитают получать, а не создавать.

Россия больна. Путин тому не причина, или не главная причина. Возможно, нефть виновата, и Украине повезло, что ее природный ресурс, уголь, теряет свое значение в экономике. Я не знаю, что можно сделать, чтобы Россия сменила курс. Пока массы не беспокоит несоответствие слов и действительности, помочь этому трудно. Писатель Шкловский сказал о Высоцком примерно так: “Он напоминал нам о том, что мы – люди!”. Людям необходимо постоянно напоминать, что они люди, и в конечном итоге все зависит о них. Все людям, включая и русских и украинцев. Бороться за свою свободу и не бороться за свободу других бессмысленно. Свобода одна на всех, или все свободны, или никто.

Когда в 1830 году в Польше поднялось восстание за независимость, оно бросило лозунг, который подхватывали другие борцы за независимость, его повторяли советские диссиденты, вступая в безнадежную борьбу с советской имперской машиной, его стоит сегодня повторять украинцам и россиянам.