Чуть что как раздается знаменитое \»Развалили страну\». Вы представляете австрийца, который бы в середине тридцатых годов, говоря об империи Габсбургов, говорил \»развалили страну\»? Он ведь понимал, что ни Венгрия, ни Чехия, ни Хорватия — это не его страна, а страны совсем других народов. Сперва эти народы и страны были соединены Габсбургами, потом разделились. И ясное дело, что ни венгр, ни чех, ни словак, ни хорват не сказали бы про Дунайскую империю \»развалилась наша страна\».

Может ли современный испанец (т.е. испанец, начиная где-то с середины XIX века, когда в Испании уже начались восстания либералов и споры интеллигенции о вхождении в западную Европу и об \»особом испанском пути\»), глядя с тоской на карту Латинской Америки, ностальгически вздыхать: \»развалили страну\»? Он — нормальный, он понимает, что Мексика, Чили, Аргентина и Колумбия — не его страна.

Может ли современный турок считать Египет, Сирию, Ливию, Аравию, Армению, Болгарию и Грецию частями \»своей страны\», которых он лишился, но которые надо возвратить? Так не считал даже турок 1919 года, а по совести говоря, даже турок 1879 года.

Насколько же можно быть инфантильным рабом имперской пропаганды, что бы искренне полагать Узбекистан, Грузию, Литву, Якутию и Карелию одной страной?

Характерно, что нынешние монголы, чествуя память Чингиз-хана (по тем же причинам, почему русские или грузины чествуют Сталина), все-таки не называют Китай или Россию (удел Джучи) \»своей страной\», \»которую развалили\». А ведь была такая грандиозная геополитическая катастрофа XIV века — распад Золотой Орды.

В связи с возникающими вопросами. Страна не равна государству. Страна — это часть планеты, исторически и культурно связанная с народом-этносом. Государство — это Российская Федерация, страна — это Чечня, Россия, Дагестан, Якутия… Но нет страны Донбасс. И нет страны Галиция. Это исторические области. Единственная \»страна\», бывшая в составе Республики Украины — Крым, страна крымских татар. Есть страна Хорватия (Далмация). Она входила в состав государств: Венецианская республика; Наполеоновская Франция, империя Габсбургов; Австро-Венгерская империя (Венгерской части — Транслейтании); Королевство Сербов, Хорватов и Словенцев; Народной (Социалистической Федеративной) Югославии. Сейчас она сама государство — Хорватия (Кроатия). Почти во всех государствах на территории бывшего СССР и в Европе государство и страна совпадают. Страна Ирландия разделена между государством Ирландия и Великобритания. Страна Шотландия осталась в королевстве. А вот в Испании три страны — Испания (ее ядро — Кастилия, Страна замков), Страна басков и \»страна\» Каталония (это отрезанная историей часть Лангедока, который образует историческую область \»Юг Франции\». А вот во Франции, Германии и Италии нет \»внутренних\» стран, только исторические области.

Для европейца и американца украинцы вполне понятны. Свернуть коррумпированный режим; срочно провести демократические выборы; отказаться от альянса с коррумпированной авторитарной державой, предпочтя ей союз с евроатлантическим сообществом; стремиться к национальному государству с уважением культурных прав этнических меншинств; выступить против вооруженного сепаратистского мятежа, поддержанного отвергнутой авторитарной державой, и стать жертвой интервенции и оккупации и аннексии пограничной провинции. Поэтому поддержка и сочувствие.

Для русского — совершенно непонятны. Пойти против легитимного президента; разогнать вооруженный спецназ; отвергнуть щедрые предложения матушки-России; перевести великий русский народ в ранг этнического меньшинства; стремиться стать Западом — вместо верности общей православно-советской судьбе… И еще — насаждать свой язык вместо русского: а как без русского языка с московскими ментами договариваться из-за просроченной регистрации?

Зимой-весной мы увидели, как Россия оказалась втянута в  войну, как захотела войну интеллигенция, как поддержала войну и власть еще недавняя оппозиция. Перед этим на примере того, как общество склонялось перед Путиным, мы увидели разгадки преклонения перед Сталиным.

Сейчас мы видим разгадку того, как Гитлер имел в Западной Европе широкую поддержку в истеблишменте, как нагло и недорого покупаются политики, эксперты и общественники. Какой притягательной силой в \»умеренном и аккуратном\» буржуазном обществе обладает тот, кто демонстративно плюет на условности, кто брутален и вызывающей циничен. Как импонирует приличному обществу обращающийся к варварским инстинктам.

Евгений Ихлов