Председатель общественной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Элла Полякова заявляет, что пропаганда сделала из украинцев больших врагов, чем чеченцы. Об этом она сказала в интервью «Главкому».

«Тогда общество было другое, оно тогда было готово остановить кровопролитие. У нас на то время еще не был создан образ врага, не так работала пропаганда, чтобы в чеченцах видеть врагов. Это уже позже произошло (когда на них все-таки навешали ярлыки врагов – «Главком»). Сейчас же все изменилось», — отметила правозащитница.

Она считает, что любую войну нужно останавливать не насилием, поэтому приехала в Украину по приглашению буддистов, с которыми пыталась остановить войну в Чечне.

«Тогда группа буддистских монахов и монашек организовывала сильную миротворческую акцию, в которой я участвовала. Я имею в виду марш материнского сострадания, прошедшего в 1995 году. Сейчас мы собрались за круглым столом, где были представители, в том числе буддистов как украинских, так и российских. Вот мы и думали, что делать в этой ситуации, как остановить войну», — рассказывает Полякова.

Правозащитница подчеркнула, что это не религиозные мероприятия, речь идет о миротворческой акции.

«Мы вспомнили, как останавливали войну в Чечне, это была публичная акция. Помню, мы все вместе тогда собрались, и русские, и чеченские матери, всего около 500 человек. Тогда среди нас были родители, в том числе и те, которые точно знали, что их родные погибли в Чечне. Мы приняли коллективную декларацию, отдавали себе отчет в том, что мы идем в зону боевых действий. В ответ на насилие, которое могло быть к нам применено, мы условились не отвечать насилием», — рассказывает она.

Полякова вспоминает, что когда они останавливались перед очередным блокпостом в Чечне, к ним подходили офицеры, которым декламировалась декларация.

«К примеру, у меня в руках был плакат «Мадонны с младенцем» и надписью «Не убей». Нужно сказать, что у людей в форме был шок, они не знали, что с этим делать. Они настроены, у них установка на агрессию со стороны другого человека есть. А здесь, наоборот, агрессии с нашей стороны не было», — рассказала она.