В годы советских репрессий Коктебель был «оазисом толерантности» для художников и писателей, но теперь его обитателей рассорила аннексия Крыма, утверждает The New York Times. «Соседи отворачиваются друг от друга, старинные ритуалы заброшены, а некоторые завсегдатаи вообще не приехали», — пишет журналист Нейл Макфаркьюхар. Многие сочли, что ехать в Крым — значит негласно мириться с принудительной аннексией.

«Столкновение мнений отражает текущие события, но уходит корнями в историю Коктебеля», — пишет автор. Артистическую колонию основал поэт и художник Макс Волошин. В советские времена она была воротами в некий более открытый, вневременной мирок.

Но этим летом невозможно спрятаться от внешнего мира. «Люди раскололись на два лагеря — за российский Крым и против, — говорит 55-летняя Наташа Арендт. — Одни были в большом восторге, другие разочаровались, и вчерашние друзья сделались врагами».

Бывшая подруга 30-летней Мариэтты Цигаль написала ей в «Фейсбуке»: «Если ты туда поедешь, то поддержишь Путина». Мариэтта старалась не ввязываться в такие дискуссии.

Ее отец Сергей Цигаль выражает свое мнение более завуалированно. Идя в город, он надевает желтую футболку и голубые шорты — это цвета украинского флага. «Я говорю, что референдум был незаконным», — замечает он.

Напротив, 70-летняя Наталья Туркия, владелица местной галереи, заявляет: «Россия спасла Крым!». По ее словам, это мнение большинства в Коктебеле. Правда, противники аннексии в основном просто не приехали.

Физик-ядерщик Игорь Шептовецкий, ныне владелец небольшого отеля, считает: «В Крыму произошло чудо. Если бы не Россия, здесь могло бы случиться такое же насилие, как на Восточной Украине».

Телеведущий Дмитрий Киселев — «кремлевский идеолог, регулярно осуждающий Украину», продолжает автор. Цигаль, его сосед, имел обыкновение летом ходить к Киселеву дегустировать домашнее вино. Но теперь «я знаю, что с первой же рюмки мы начнем ругаться», сетует он.

Другой летний ритуал, Коктебельский джазовый фестиваль, в этом году перенесен в Одессу. Киселев организовал в пику ему другой фестиваль.

«Постоянные обитатели особенно удручены местной «гражданской войной», так как она не вяжется с открытостью в духе Волошина», — отмечает автор. В годы революции и гражданской войны Волошин прятал людей из обоих враждующих лагерей.

«У аннексии есть один позитивный аспект, с которым соглашаются практически все старожилы: туриндустрия рухнула, и нынешнее лето напоминает им, каким тихим был Коктебель когда-то», — замечает Макфаркьюхар.