Индекс ММВБ падает, теряют в цене акции Роснефти и Новатэка, понижается курс рубля, а российские эксперты пытаются понять,  каким последствиям для экономики страны приведут новые американские и европейские санкции.

Конечно, можно проводить детальный экономический анализ — и заметить, насколько серьезным в долгосрочной перспективе является удар по бюджетообразующим российским компаниям со стороны Соединенных Штатов. Конечно, можно дискутировать по поводу европейских санкций — действительно ли так чувствителен отказ от европейских инвестиций в Россию и расширение критериев для включения в санкционные списки новых лиц и компаний, которые уже могут быть прямо не связаны с аннексией Крыма и диверсионными действиями на Донбассе.

Как и любая авторитарная страна, утратившая связь с реальностью, Россия живет в своем собственном мире представлений о происходящем. И это касается не только президентаВладимира Путина и его ближайшего окружения. Это касается и среднестатистического российского телезрителя, поглощающего в опасном для жизни количестве пропагандистские помои, предпринимательской и чиновничьей элиты, уверовавшей в непогрешимость курса, избранного недальновидным и самоуверенным руководителем страны, оказавшемся в Кремле волею случая и Бориса Ельцина. Так вот, важным элементом этой политической религии является уверенность в том, что Россия может позволить себе что угодно — и ей за это ничего не будет. И что это не Россия нарушила международное право, аннексировав Крым и устроив бойню в Донбассе, а Запад “обманул” Россию, попытавшись выдернуть из ее естественной, Богом данной ей зоны влияния самую что ни на есть российскую землю — Украину. И теперь не Россия должна уводить диверсантов и перестать поставлять им вооружение, не Россия должна снимать свои флаги с захваченных административных зданий украинского Крыма — а Запад должен раскаяться, устыдиться, понять, как он был несправедлив и начать сотрудничество с Москвой на российских условиях, не мешая более консолидации русской империи. А поскольку на Западе живут пусть не очень хорошие люди, но не конченые идиоты, то они быстро все поймут, признают право России хотя бы на Крым, не будут препятствовать “становлению” ДНР и ЛНР, отменят санкции и все будет так, как было до Майдана — с той только разницей, что больше никто и никогда не усомнится в праве России на Украину.

Вы можете, конечно, воспринять вышеизложенные представления как проявление паранойи — но только те из вас, кто не общается с россиянами.  Во время работы над этим текстом мне позвонил коллега, журналист, живущий в одной из европейских стран и по долгу службы поддерживающий контакты с российскими бизнесменами. И, когда я попросил его рассказать мне об настроениях россиян, он сказал, что важно только одно слово — уверенность. Уверенность в том, что Россия поступает правильно, что скоро все санкции отменят, что никакой оккупации Крыма и никакого вторжения на Донбасс вообще нет.

Так вот санкции, введенные Соединенными Штатами и Европейским Союзом — удар именно по этой нелепой, но естественной для современной России уверенности. С точки зрения российской политической религии санкции сегодня должны были бы отменяться, а не вводиться. И то, что они серьезно усиливаются, заставит российскую политическую элиту если не отказаться от своих захватнических намерений по отношению к Украине и другим бывшим советским республикам, то по крайней мере начать пересмотр сложившейся в московских фантазиях картины мира. Главный вывод, который придется сделать и Путину, и Медведеву и другим кремлевским мечтатателям — как раньше не будет.

То, что изменения в подходах уже начались, свидетельствует и реакция российских бонз на происходящее. Она соответствует пока что избранным ролям. Путин, который благодаря турне в Латинскую Америку, сейчас живет по времени Обамы, еще минувшей ночью получил возможность выступить с миролюбивыми заявлениями и рассказать, как Россия “кровно” (вот уж точное слово — “кровно”!) заинтересована в украинском урегулировании. Вкомментариях Сечина, до последнего дня пытавшегося предотвратить санкции против “Роснефти”, сквозило отчаяние. А выспавшийся после ночной поездки по Москве Медведевс утра заговорил с металлом в голосе — тем металлом, который прикидывающийся “голубем” российский премьер обычно позволяет себе только на закрытых заседаниях.

Но это еще не изменение подходов, только начало понимания : что-то происходит не так, как планировалось изначально, теперь придется делать уверенный выбор между экономическим противостоянием с Западом и возможным крахом — и поиском компромиссов в урегулировании украинского кризиса. Каким будет этот выбор, мы еще не знаем. Но обратный отсчет пошел —  либо до большой войны, либо до мира, в котором Россия уже никак не сможет помешать ни нам, ни другим своим соседям. Пишет В. Портников