\"\"

В осажденной украинской Горловке живет пенсионер Владимир Рензин, ходивший с Владимиром Путиным в первый класс 193-й ленинградской школы.

«Что бы вы хотели передать Путину?» Поначалу настороженные, пророссийские активисты, окружившие журналистов на площади перед горсоветом в Горловке, шахтерском городе в 60 км от Донецка, расплываются в улыбке. «Владимир Владимирович, приходите к нам. Мы бросим к вашим ногам лучшие цветы Горловки!» — говорит Ирина, мать бойца «Беркута», который всю зиму провел в Киеве, сражаясь с Евромайданом. Рядом с ней — мужчина лет 60 с библейскими чертами лица и бородой. Он тоже зовет Путина в Горловку: «Володя, приходи! Тебя будут носить на руках по всему Донбассу. Это Володя Рензин — твой школьный друг…»

Бурное детство

Да! Посреди советского пейзажа Горловки — города с минимум двумя гигантскими статуями Ленина и 40-летними ЛАЗами, медленно дрейфующими на фоне унылых брежневских параллелепипедов — живет одноклассник российского президента. Город не в осаде, как Славянск и Краматорск, но донбасское восстание не обошло его стороной: лидеры самопровозглашенной Донецкой народной республики (ДНР) утверждают, что он находится под их контролем. Владимир Рензин действия сепаратистов одобряет, импонирует ему и позиция по Украине его бывшего друга.

Будущий национальный лидер и будущий горловский пенсионер впервые встретились еще в 1960 году, когда оба поступили в первый класс 193-й ленинградской школы. Друзьями поначалу не были. «Класса до пятого Володя был районным хулиганом. Там были и драки, и побеги из дома, и учет в детской комнате милиции, и вызовы родителей в школу», — вспоминает Рензин. Потом он, впрочем, перешел в другой класс и снова встретился с Путиным через четыре года, в 1968-м, когда они оба перевелись из восьмилетки в школу № 281 — десятилетку с химическим уклоном на базе Технологического института.

“«В это время (в начале 1970-х) Путин уже был не хулиганом, а серьезным и крайне порядочным человеком… Я даже удивился, что его с такими качествами взяли в КГБ“» ””

Дружбу Путина и Рензина подтверждает их общий друг Вячеслав Яковлев, рассказавший о ней «Московскому комсомольцу» еще в 1999 году («По следам президента», МК № 470 от 29.12.1999). А учившаяся вместе с ними Светлана Потапчук в интервью тому же «Московскому комсомольцу» тоже называла Рензина и Яковлева двумя лучшими друзьями Путина. Она же, кстати, подтвердила факт переезда Рензина в украинскую Горловку («Просто Володя», МК № 1686 от 20.06.2005). Но это случилось уже много позже. А тогда, на заре 1970-х, два Владимира по-настоящему сошлись. «В это время он (Путин) уже был не хулиганом, а серьезным и крайне порядочным человеком», — вспоминает Рензин. И, подумав, добавляет: «Я даже удивился, что его с такими качествами взяли в КГБ».

Диссидент рядом с агентом

Органы Владимир Рензин не любит, объясняя это тем, что еще в юности оказался объектом их интереса. По его словам, он был активистом «сионистского подполья» и распространял нелегальную литературу, за что после «профилактической» беседы в Ленинском райотделе КГБ был исключен из Ленинградского технологического института (ныне — Санкт-Петербургский государственный технологический институт (технический университет). О каком «сионистском подполье» в Ленинграде начала 1970-х говорит Рензин? Как объяснил The New Times главный раввин России, руководитель Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России (КЕРООР) Адольф Шаевич, речь может идти как о сотрудничестве с группами так называемых отказников — евреев, которым было отказано в выезде из СССР, так и о простом изучении Торы или иврита: ведь в Советском Союзе любая религиозная литература, включая Библию*, находилась под запретом и распространялась нелегально.

Правда, одноклассница Рензина и Путина Светлана Потапчук в интервью «МК» утверждала, что Рензин и сам мечтал стать разведчиком, но ему помешало еврейское происхождение и яркая в отличие от Путина внешность.

Так или иначе, избранная Путиным карьера совершенно не мешала Рензину с ним дружить. «Когда он в первый раз назвал Большой дом управлением, я понял, где он работает», — говорит Рензин**. Испытывал ли он по этому поводу какие-либо эмоции? «Да никаких». Друзья беседовали о политике и даже придумали игру «Если бы я был Брежневым» — разрабатывали и защищали собственную политическую программу, которую проводили бы в жизнь, окажись они на месте генсека ЦК КПСС. Впрочем, Путин, по словам Рензина, всегда был лоялен советскому режиму.

Дружбу Путина и Рензина подтверждает их общий друг Вячеслав Яковлев, рассказавший о ней «Московскому комсомольцу» еще в 1999 году («По следам президента», МК № 470 от 29.12.1999). А учившаяся вместе с ними Светлана Потапчук в интервью тому же «Московскому комсомольцу» тоже называла Рензина и Яковлева двумя лучшими друзьями Путина. Она же, кстати, подтвердила факт переезда Рензина в украинскую Горловку («Просто Володя», МК № 1686 от 20.06.2005). Но это случилось уже много позже. А тогда, на заре 1970-х, два Владимира по-настоящему сошлись. «В это время он (Путин) уже был не хулиганом, а серьезным и крайне порядочным человеком», — вспоминает Рензин. И, подумав, добавляет: «Я даже удивился, что его с такими качествами взяли в КГБ».

Диссидент рядом с агентом

Органы Владимир Рензин не любит, объясняя это тем, что еще в юности оказался объектом их интереса. По его словам, он был активистом «сионистского подполья» и распространял нелегальную литературу, за что после «профилактической» беседы в Ленинском райотделе КГБ был исключен из Ленинградского технологического института (ныне — Санкт-Петербургский государственный технологический институт (технический университет). О каком «сионистском подполье» в Ленинграде начала 1970-х говорит Рензин? Как объяснил The New Times главный раввин России, руководитель Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России (КЕРООР) Адольф Шаевич, речь может идти как о сотрудничестве с группами так называемых отказников — евреев, которым было отказано в выезде из СССР, так и о простом изучении Торы или иврита: ведь в Советском Союзе любая религиозная литература, включая Библию*, находилась под запретом и распространялась нелегально.

Правда, одноклассница Рензина и Путина Светлана Потапчук в интервью «МК» утверждала, что Рензин и сам мечтал стать разведчиком, но ему помешало еврейское происхождение и яркая в отличие от Путина внешность.

Так или иначе, избранная Путиным карьера совершенно не мешала Рензину с ним дружить. «Когда он в первый раз назвал Большой дом управлением, я понял, где он работает», — говорит Рензин**. Испытывал ли он по этому поводу какие-либо эмоции? «Да никаких». Друзья беседовали о политике и даже придумали игру «Если бы я был Брежневым» — разрабатывали и защищали собственную политическую программу, которую проводили бы в жизнь, окажись они на месте генсека ЦК КПСС. Впрочем, Путин, по словам Рензина, всегда был лоялен советскому режиму.

Заокеанский пузырь

Эта дружба продолжалась, по словам Рензина, до 1979 года, когда Путина отправили в Москву в Высшую школу КГБ № 1. Снова они встретились уже в начале 1990-х, когда оба стали политиками: Путин — заместителем мэра Санкт-Петербурга Анатолия Собчака, а Рензин, по его словам, — членом «Демократического союза» и депутатом Дзержинского райсовета от Ленинградского народного фронта. Близко уже не общались, но сталкивались по работе.

К 1993 году Рензин полностью разочаровался в российской демократии, а события октября 1993-го, во время которых он был целиком на стороне Бориса Ельцина, стали последней каплей. «Это был фашистский путч, такой же, как сейчас в Киеве», — говорит Рензин. Несмотря на разгром сторонников Руцкого и Хасбулатова, Рензин тогда окончательно утвердился в решении эмигрировать в США, а ликвидация Советов в результате принятия новой Конституции сняла с него депутатскую ответственность перед избирателями. Друг детства, как утверждает Рензин, обеспечил «зеленый коридор» на таможне: «По крайней мере, наш контейнер не шмонали, как у остальных».

С тех пор они и не виделись. Рензин поселился в Сан-Франциско — в самом начале расцвета Силиконовой долины. Все было хорошо, пока в конце 1990-х не лопнул интернет-пузырь, многие онлайн-компании обанкротились, и ему пришлось переквалифицироваться в охранники. Через восемь с половиной лет с начала своего американского приключения новоиспеченный гражданин США Владимир Рензин вернулся домой в родной Петербург, хотя до сих пор считает Америку «прекрасной, волшебной страной».

Американец в Донбассе

Новая путинская Россия произвела на Рензина двоякое впечатление. С одной стороны, ему нравилось, что страна «снова превращается в сверхдержаву». С другой — его, как демократа, не радовал разгром оппозиции и независимых СМИ. На скорее шуточный вопрос, почему не попытался устроиться в правительство, Рензин отвечает вполне серьезно: «Я пытался выйти с ним на связь, но не получил ответа».

Украинская Горловка вошла в его жизнь благодаря местной жительнице, на которой он женился, познакомившись по интернету. Это был его третий брак: с первой женой, на свадьбе с которой в 1976 году свидетелем выступал Владимир Путин, Рензин расстался еще в СССР, со второй — уже в Америке. Новая супруга плохо переносила питерский климат, и в итоге было решено переехать к ней на родину. Так в 2004 году, накануне «оранжевой революции», Рензин оказался в Донбассе, где живет по сей день — без украинского паспорта, зато с российским и американским.

\"На

Стену его кабинета украшают фотографии Путина и основателя сионистского движения Теодора Герцля. Рензин живет в кирпичной многоэтажке через площадь от горсовета. Площадь производит мрачное впечатление. 17 апреля здесь средь бела дня люди в масках и камуфляжной форме похитили местного депутата от «Батькивщины» Владимира Рыбака. Спустя два дня его тело нашли в реке Торец, возле эпицентра сепаратистского мятежа Славянска, со вспоротым животом и следами пыток. Служба безопасности Украины позже выложила записи переговоров, которые, по мнению ее специалистов, свидетельствуют о причастности к убийству боевиков, контролирующих Славянск, и в частности Игоря Стрелкова (Гиркина), самопровозглашенного главнокомандующего вооруженными силами Донецкой народной республики. Пророссийские активисты, в компании которых Рензин проводит время на площади, видели, как за несколько минут до похищения Рыбак пытался прорваться в горловский горсовет, захваченный боевиками Стрелкова, но это не мешает им верить в то, что в убийстве виновны боевики «Правого сектора». Впрочем, к «Правому сектору» в Донбассе относят всех, кто противодействует повстанцам: от мирных активистов до украинских военнослужащих. Сам Рензин говорит, что во время этого инцидента отсутствовал.

Язык от Киева уведет

Окружившим Рензина активистам, среди которых в основном женщины под 50, не нравится, когда их называют «пророссийскими» или «сепаратистами», хотя они и признаются, что хотели бы видеть Донбасс частью России. Чем им претит новая украинская власть? «Инфляция — цены растут не по дням, а по часам», — жалуется одна из женщин. «Фашистская хунта запретила русский язык!» — возмущается другая женщина, таким образом интерпретируя решение Верховной рады об отмене закона о статусе региональных языков, на которое наложил вето и. о. президента Александр Турчинов. «В Киеве приняли решение устроить здесь новый голодомор. Они вывозят зерно из Донбасса», — появляется еще одна версия. «Откуда такая информация?» — «Из интернета».

\"Владимир

Рензин, с георгиевской ленточкой на груди, выделяется на фоне других активистов взвешенностью и мягко осаживает женщин, когда те начинают выдвигать в адрес Киева совсем уж сюрреалистические обвинения. Но сам тоже заводит «антифашистскую» пластинку, как только речь заходит о переменах в украинской столице: «Это был фашистский путч, который характеризуется крайним национализмом, подавлением оппозиции и всех форм инакомыслия. Их символика очень напоминает нацистскую». Рензин, по его словам, не может поддерживать киевскую власть «по определению» — потому что еврей. При этом известно, что лидеры еврейских общин Украины новую власть довольно единодушно поддержали.

Просьба привести примеры каких-либо по-настоящему фашистских высказываний киевской власти ввергает Рензина в задумчивость: «Ну вот Дмитрий Ярош (лидер «Правого сектора». — The New Times) сказал: «Утопим жидов в крови москалей». Это везде есть в интернете». The New Times, однако, подобных заявлений Яроша найти не удалось, напротив, лидер «Правого сектора» неоднократно выступал против антисемитизма, не обвиняли его ни в чем подобном и лидеры еврейской общины Украины. А 9 мая «Правый сектор» заявил, что Ярош по просьбе властей Израиля лично организовал вывоз израильской семьи из объятого войной Краматорска.

Впрочем, несмотря на позицию относительно судьбы Донбасса, Владимир Рензин уверяет, что в украинскую политику не вмешивается. Но «как частное лицо я бы хотел, чтобы Горловка была в России». Школьный друг Владимир Путин заговорщически улыбается Рензину с фотографии на стене. Пишет: newtimes.ru