\"\"Со вчерашнего вечера я вижу стабильные признаки спецоперации, которая проводится в Крыму иностранным государством. Почему?

Во-первых, это сочетание разнородных действий, направленных на одну точку. Такие вещи сами по себе не происходят. Они координируются, причем в очень жесткой последовательности.

Во-вторых, присутствуют признаки эскалации напряженности. Примечателен тот факт, что именно в этот день [Виктор] Янукович дал интервью. Накануне ночью [российские военные] начали захватывать аэродром Бельбек и уже демонстративно нарушили воздушное пространство. Был заявлен перелет трех вертолетов из Анапы, а прибыло 11, причем часть из них – боевые. Это произошло  вопреки всем соглашениям, которые мне хорошо знакомы, потому что их подготовкой я как раз занимался.

В таких международных вопросах, которые имеют отношение к замороженным конфликтам, нужна чрезвычайная аккуратность. Хотя Крым я так назвать не могу, но это конфликтогенная зона. Поэтому международные правовые и просто межгосударственные договоренности предполагают очень высокую ответственность, если партнеры считают себя порядочными в контексте правил поведения в таких кризисных ситуациях.

Черноморский флот – не военная база типа Гуантанамо или Окинавы с изолированной территорией. Это совершенно другая категория военных баз

В данном случае уже видны признаки нарушения этого принципа. Кроме того, это обостряет обстановку в целом – сначала политическую, а теперь уже и военно-политическую. И угроза перерастания этого конфликта в военный реальна: в него включены российские военные, а вчера МИД России об этом упомянул, сообщив, что они там находятся «для защиты объектов базирования». Но не надо быть экспертом, чтобы понимать, что они там не для защиты находятся. Налицо все признаки специальной операции в Крыму. К сожалению, мы видим не только нарушения базовых соглашений по Черноморскому флоту, но даже тех соглашений, которые были достигнуты в Харькове. Помимо этого, [Российской Федерацией] проигнорировано дипломатическое предупреждение со стороны международных институций.

Я думаю, что Россию подхлестывает недавняя грузинская история. РФ имеет опыт, когда  европейские структуры, в частности, ОБСЕ, «проглотили» военное вмешательство российских войск на территории соседнего государства.

В Крыму есть достаточно большая база политической поддержки. Я имею в виду не только Черноморский флот, но и инцентрацию личного состава в гражданскую жизнь. То есть в Крыму находятся не только военнослужащие ЧФ, но и военные пенсионеры, члены их семей, их дети, которые учатся в высших учебных заведениях или работают там.

Черноморский флот – не военная база типа Гуантанамо или Окинавы с изолированной территорией. Это совершенно другая категория военных баз, позволяющая с легкостью проводить различного рода мероприятия, не имеющие никаких внешних признаков, которые можно квалифицировать в международно-правовом смысле.

Помимо этого, все военные специалисты знают, что Черноморский флот – стратегическое объединение, которое имеет все его составляющие: разведывательное управление, бригаду морской пехоты, береговую артиллерию, авиацию, и, что особенно важно, противодиверсионные подразделения. Также она имеет свои пропагандистские составляющие, газеты и радио. По закону, это все правильно, потому что это самостоятельное воинское подразделение, но оно расположено на территории другого государства.

Кроме всего прочего, такая сложная структура имеет соответствующие подразделения по обеспечению безопасности базирования объектов флота. Это – не только чисто физические ограждения, заборы и прочее, это еще и разветвленная система радиоэлектронной разведки, и вербовка людей в окружении объектов. Что, в принципе, тоже рутина, но в окружении этих объектов живут граждане Украины.

Важно понимать, что Черноморский флот – это не просто база, это еще и полный контроль радиочастот, эфира в окружении базы не только в Севастополе, но и в Феодосии и других местах. Это контроль воздушного, морского, надводного и подводного пространства. Все это находится в рамках закона в случае если существование такой базы разрешено международным соглашением.

В данном случае, тот факт, что были полностью заблокированы взлетно-посадочные полосы в аэропорту Бельбек, хотя это военный объект вооруженных и военно-морских сил Украины, и  начали поступать подкрепления в виде военно-транспортных и боевых вертолетов, по сути, можно расценивать как вмешательство военных структур Черноморского флота во внутренние дела Украины. И этом факт несет в себе большие риски.

То, что такая ситуация произошла, связано не только с теми компонентами, которые я уже озвучил, но и с тем, что в Украине нет правительства, нет министра обороны, молодая власть не умеет быстро реагировать, не видит всех приоритетов.

В случае обострения ситуации в Крыму виновным с украинской стороны окажется именно секретарь СНБО

Почему только вчера был назначен новый начальнике генштаба?! Почему генерал Ильин, назначенный еще Януковичем, сидит там, в Севастополе, а он еще бывший заместитель командира бригады морской пехоты?! Понятно, что те, кто выбирали время [для начала операции], все рассчитали. Это признаки того, что все происходящее – не стихийные действия. С другой стороны, действия украинских властей не вполне профессиональны. Я не хочу их критиковать, но они действуют как очень неопытные люди. С Россией нам не надо воевать. Никогда. Мы проиграем. Россия во много раз сильнее в военном, в экономическом и в дипломатическом смысле.

Существует много технологий и механизмов разрешения конфликтов разной степени опасности и интенсивности. Я с искренним уважением отношусь к [секретарю СНБО Андрею] Парубию, он действительно героический парень. Дай Бог, чтобы они быстро там все решили, но в этой критической ситуации, это будет очень сложно как Секретарю СНБО. Я от души желаю, чтобы это ему удалось. Потому что в противном случае виновным с украинской стороны окажется именно он.

[Министр внутренних дел Арсен] Аваков очень правильно сказал, что ситуация в Крыму – это больше не компетенция МВД, а компетенция СНБО. В то же время, он забыл упомянуть, что глава МВД – тоже член СНБО, а Советом нацбезопасности руководит президент. Секретарь же координирует действия, руководит работой аппарата и представляет решения Совета в парламенте, а утверждаются они указом президента. По поручению президента секретарь также представляет Украину в международных организациях по вопросам безопасности. Он не имеет распорядительных функций. Поэтому тут все в большей степени зависит от целей и уровня квалификации.

Я очень хорошо знаю украинскую договорную базу вообще и по флоту в частности. Уже произошли очевидные нарушения международных договоров. Мне трудно представить, что без ведома президента Путина вместо трех вертолетов пошли одиннадцать, включая боевые. Пусть они пошли на свою базу, но ведь это воздушное пространство Украины. В принципе, наши системы ПВО могли сбить их. Но хорошо, что они этого не сделали.

Я думаю, что россияне доведут ситуацию до точки кипения, чтобы проверить нашу власть, и отступят.

Сейчас самая главная задача в том, чтобы не допустить первого выстрела.  Я вижу очень опасную динамику: эскалация конфликта налицо, он разворачивается и расширяется. Подключена база социально-политической поддержки. Спецслужбы Черноморского флота без каких-либо ограничений интегрированы в гражданскую жизнь Севастополя.

Маскировка под самооборону Крыма выглядит грустно и смешно, но это очень опасно. Те, кто планировал эту операцию и осуществляет ее, запустили такой оправдательный феномен: «почему во Львове, в Киеве, в Ивано-Франковске можно, а тут нельзя?», хотя события не равноценны. То, что происходило в западных регионах – захваты зданий, оружия – противоправно. Но то, что в данном случае разворачивается на фоне сложной историко-политической природы Крыма. На одной сравнительно небольшой территории находятся два воинских соединения двух государств: вся инфраструктура Черноморского флота РФ и инфраструктура военно-морских сил Украины. Кроме того, есть компоненты сухопутных сил, Госпогранслужбы Украины. Помимо этого, на данной территории проживают три крупных этнических группировки населения. Таким образом, конфликтогенность Крыма очень высока. Крым по своей конфликтогенности превосходит Косово. А чем закончился конфликт в Косово, мы знаем.

Сейчас самая главная задача в том, чтобы не допустить первого выстрела

Но сегодняшняя ситуация в Крыму – это еще не война. Если же начнется стрельба, то можно себе только представить, какие военные компоненты будут сразу задействованы, сколько оружия будет подтянуто со всех сторон. И если оно «заговорит» – это будет трагедия, причем с обеих сторон. Не важно, с чьей стороны погибнет больше людей, а с чьей меньше. Поэтому, я считаю, что сегодня ответственность лиц, которые включены в урегулирование этой ситуации, огромнейшая.

Я подчеркиваю: очень важно, чтобы с обеих сторон не было накручивания ситуации. Я бы посоветовал воздерживаться от резких оценок, чтобы не обострять чувство тревоги среди населения и сохранить возможность переговоров. Россия очень мощная страна с точки зрения защиты своих интересов. У них сильные дипломатическая и переговорная школы, огромный опыт ведения сложных переговоров международного уровня.

А реакция международных организаций – ОБСЕ, ООН, НАТО – на происходящее была вялой и запоздалой, но сказали-то они все правильно, позвонили связались с президентом РФ – спасибо и за это.

Пишет  Евгений Марчук.

Загрузка...

Новости партнеров