\"\"

В среду, в 22 часа 48 минут, спикер буквально бежал из своего кресла. Рванул, а потом – обратно. Вспомнил, что сессию, даже внеочередную, закрывают Гимном.

В ответ на «зра-дник!», несущееся из зала, он бросил: «до встречи 4 февраля». Но, знаете, не исключено, что встреча состоится раньше, вне расписания. Встреча по большому счету. Не каких-либо конкретных персоналий, а народа и… Того, что осталось от режима. Который, при этом, пытается сопротивляться ходу истории.

Уложившийся в три минуты результат напряженного длинного парламентского дня – победой режима назвать нельзя. Внешне, может быть, и покажется, что они сегодня взяли верх.

Продавив неприемлемый вариант решения вопроса об «амнистии» участников гражданских протестов. То есть – оставив в заложниках 200 ныне арестованных, более тысячи – находящихся под следствием. Нет, намного большее количество. Тысячи тех, к кому могут подъехать в ближайшее время на «черных воронках», и тех, за кем уже идет охота. Еще большее количество – всех граждан, смеющих так или иначе быть гражданами.

Законопроект, требующий, чтобы люди оставили ВЫНУЖДЕННО занятые под народную власть здания и «освободили автопути» (значит, в столице – Крещатик и Грушевского) – невыполним заведомо.

Во-первых, это выставлено превентивным шагом, только после совершения коего последует (или не последует) пресловутая амнистия. Ведь понятно – если протест уйдет таким образом, у режима не будет ни малейшей необходимости держать слово. И кого-либо, того же врача, схваченного за то, что в одежде с красным крестом реализовал клятву Гиппократа, и таких же как он «экстремистов» в десятках городов – миловать станет незачем. Не будет единственного рычага давления, которого подбитый бульдозер власти – и вправду боится. Да, к слову, отмененные во вторник диктаторские законы, они ведь Януковичем не завизированы. Они отменены – под народным давлением. Какой же смысл будет правильному пацану что-то давать лохам, если они окажутся, вот именно, лохами?..

А во-вторых, а, может, в-главных – люди не уйдут с позиций, завоеванных огромным куском родившейся общегражданской души. И – омытых кровью.

Не уйдут, даже если бы сейчас нашелся (или, к примеру, найдется) политик, который отдаст им такой приказ.

Люди, знаете ли, на этом повороте истории – и вправду вышли туда, куда вышли, безо всяких приказов или даже чьих-либо конкретных вербальных призывов.

Соответственно, и не уйдут при вербализации необходимости любых компромиссов компромиссычей.

Нравится кому или нет, но следует отдать должное трем оппозиционным фракциям. Сегодня они не «компромиссили» в Раде. И их лидеры потом не заявили народу о решении согласиться с предложенным скользким вариантом.

Но не о них сейчас речь.

Задумаемся – речь вообще о каком компромиссе? Глава комитета по иностранным делам Европарламента Эльмар Брок, гость Украины, присутствовавший сегодня в парламенте, выражал, так сказать, демократическое удивление.

«Мы не можем понять, о каких переговорах об амнистии можно говорить. Люди должны быть просто освобождены. И должно быть так, чтобы каждый украинец был уверен, что может высказать свою мысль, и не бояться, что с ним после этого может что-то случиться»; «в договоренностях не может быть обстоятельств, при которых совершаются нарушения прав человека».

Возможно, после сегодняшнего поворота событий, некоторое цивилизованное удивление мира наконец-то окончательно сменится уверенностью: Янукович с европейским мышлением и на одном гектаре не находился, не находится, и не будет находиться.

Потому что обстоятельства, «которых не должно быть», плескались в закрытых, происходящих вне зала заседаний – договоренностях, упиравшихся в недоговоренности, опять вроде бы выходили на уровень договоренностей, и…

Вот тут – стоит взглянуть, почему и процесс, и результат, можно назвать боем именно Януковича. Не как личности, способной на настоящий поединок, а как символической фигуры режима.

Желающего агонизировать с длящейся вонью.

Ведь он, которого и в более благоприятных обстоятельствах сюда не выманишь – поздним вечером пригнался в парламент. Нет, не подумайте – не выступить перед составом высшего законодательного органа страны с какой-либо убедительной речью. В сопровождении буквально строя охраны – пробраться, по другому не скажешь, в кинозал Рады. Где совещалась фракция партии власти.

Говорят, он сказал тем, кого считает своими штыками, что, мол, у власти достаточно сил, чтобы контролировать «ситуацию и в стране, и в парламенте».

Но ведь – соврал.

Если бы было достаточно сил, чтобы контролировать страну, то не было бы отчаянной необходимости убрать гражданские пикеты попыткой людоедского размена – обменивать свою безопасность, в буквальном смысле, на жизни и здоровье заложников.

А если бы контролировал парламент… Да что там, хоть фракцию партии власти, но в полной мере – картина выглядела бы по другому.

Ведь «его люди» достаточно долго и легко голосовали по отмашке, хоть каждый за себя, хоть один за всех. И даже совсем недавно, 16 января, в порыве все той же агонии, но задирали руки за «правила концлагеря». Ну, в крайнем случае, в эту среду ПР могла бы продолжать еще какое-то время игрища в продолжение поиска консенсуса вокруг упомянутого закона. Пусть до позднего вечера. С тем, чтоб с утречка продолжить те же пляски.

Что-то изменилось? Тогда, когда стало понятно, что не набирается «за» в поддержку антидемократического варианта документа? Или, мороз по коже, когда нарисовалось – вполне может набраться достаточно голосов, чтобы поддержать альтернативный проект, о прекращении преследования участников гражданских акций – без ультимативного требования к протестующим в масштабах страны? И, более того, ведь этот закон был не единственным, планируемым для рассмотрения сегодня или в последующие дни внеочередной сессии. Там ведь еще числился проект о возвращении к конституционным положениям-2004, парламентско-президентской республике. Урезающий полномочия «самодержавия» и открывающий путь к формированию нового правительства.

Закон об «условной амнистии» не выносили на голосование, вели переговоры долгие часы. Значит, не было оснований надеяться, что его примут.

И не просто заседание от 29 января, а внеочередную сессию Рыбак закрыл бегом, без голосования за это решение. Потому, что завтра мог набрать голоса и конституционный акт?

Не имеет значения – сколько с точностью до одного (говорят, около 52-х) регионалов были готовы выйти из-под эгиды режима лузера. И влиться в новое, пусть пока ситуационное, но принципиально новое парламентское большинство.

Значение имеет то, что если бы дело обстояло не так, Янукович бы не совершал нежданный, поздний, таинственный визит к согнанной в кинозал фракции.

Опять-таки, говорят, что он припугнул своих (своих?) роспуском этого созыва Верховной Рады. Но ведь тоже – соврал. Потому что в ситуации, когда не принимается закон, который глава государства «просто хочет иметь», это не дает ему возможности роспуска.

Разве что – возможность расстрела. Фигурального или буквального, в лесополосах, по одному или скопом. Поэтому неизвестно, чем именно, как, и кого он вынужден был пугать.

Вырванные, надо понимать, с мясом, 232 «за», буквально на бегу, и уж конечно – без обсуждения. Без рассмотрения профильным комитетом. Без наличия окончательного варианта текста на руках у депутатов И – закрытие сессии.

Но кто «закроет» протестующую страну?..

Сегодня кое о чем всерьез начавшие задумываться регионалы, еще раз, одномоментно испугались Януковича. Кого, чего они по-настоящему испугаются завтра, и куда больше испугаются – будучи вынуждены задуматься еще серьезней?

Сложно сказать по дням, неделям, месяцам, сколько могут длиться бои. Даже последние. Тем не менее – сегодняшний бой очень похож на один из последних для Януковича, и всего того, что олицетворяет он.

Жаль, что слово «бой» приходится сейчас употреблять не только в переносном, но и буквальном смысле. Ведь хотелось, чтобы разрешение глубочайшего в современной истории Украины кризиса перешло с линии баррикад на паркет конструктивных разговоров, деятельности того же, нами избранного, парламента.

Но с трудом выуженный из кабинета, где он прятался, Рыбак – 29 января закрыл парламент.

И, возможно, в самое ближайшее время ОТКРЫВАТЬ его придется по-другому. Заложникам (не только тем, кто уже за решеткой или под прицелом, а всем нам) – оставляют мало выбора.

Виктория АНДРЕЕВА, «ОРД»

Загрузка...

Новости партнеров