2013 год. Год голода уныния и крови. Итоги режима Януковича

4 года назад Аналитика

\"\"

Уходящий 2013 год оказался для нашей страны крайне насыщенным. За 12 месяцев нашлось место всему: внешнеполитическим потрясениям, выборам, борьбе со стихией, стихийной борьбе, избирательному милосердию к противникам и многому другому. Одни страницы истории с грохотом закрывались, другие – открываются у нас на глазах.

Зажили по-новому?

Осенью 2012 года украинцы выбрали новый парламент. VII созыв народных депутатов принял присягу 12 декабря. И последующий – фактически дебютный – год прошел в Верховной раде с огоньком. Эффективность работы нового созыва, судя по количеству и качеству обсуждаемых законопроектов и принятых законов – для многих политиков вопрос спорный. Одни это объясняют солидным обновлением состава – новички не знают “правил игры”. Другие – привычкой депутатов заниматься политикой на рабочем месте. Как бы то ни было, один “политический” пункт все-таки повлиял на особенности работы по-прежнему провластного парламентского большинства. Первые месяцы работы ВРУ ознаменовались затяжным противостоянием во имя персонального голосования. Оппозиционеры в Верховной раде категорически отказывались следовать “старой доброй” схеме (причем немаловажную, если не ключевую, роль в этой борьбе сыграли те самые новички – “ударовцы” и “свободовцы” без опыта парламентской деятельности). После долгих споров стороны пришли к некоему подобию компромисса. Введения более чувствительной в техническом отношении системы голосования не произошло до сих пор. А вот поправки к регламенту ВРУ, ограничивающие пространство для неличного маневра (а еще – запрещающего блокирование трибуны), вступили в силу еще весной. Полностью отказаться от голосования “за себя и еще тех парней” депутаты большинства не смогли. Но все же число таких случаев, как и количество “многостаночников”, несколько уменьшилось, да и практика переголосования спорных моментов уже выглядит не настолько непривычной, как ранее. Зато, ужесточив правила в одном отношении, депутаты не стали себя ограничивать в другом. Весной 2013 года в ход пошел прочно позабытый метод борьбы с блокадой. 4 апреля парламентское большинство вместе с сочувствующими провело выездное заседание в узком кругу, в ходе которого успешно приняло необходимые на тот момент Кабмину решения. Опротестовать “выездные” законы в судебном порядке оппозиционерам не удалось. Но главное – нынешний состав Верховной рады, похоже, высоко оценил небесспорный прецедент. Во всяком случае, с весенней поры угроза “Пора на выезд” звучит солидно.

С новым делом!

Дело об убийстве народного депутата Евгения Щербаня – один из главных украинских политико-юридических долгостроев. И в 2013 году его ожидал новый виток. В полном соответствии со сделанным ГПУ еще летом 2011-го анонсом, 18 января 2013 года обвинение в организации заказного убийства было предъявлено Юлии Тимошенко. Защитники бывшей главы правительства называют новые уголовные претензии абсурдом. Тем не менее, зимой-весной уходящего года состоялся ряд допросов свидетелей в зале суда. Юлия Тимошенко при них не присутствовала. Впрочем, ключевой свидетель – тоже. На протяжении нескольких заседаний Печерский районный суд успел заслушать как представителей околокриминальных кругов, так и видных политиков и бизнесменов (включая экс-губернатора Донецкой области Владимира Щербаня и бывших партнеров по ИСД Виталия Гайдука и  Сергея Таруту). Показания разнились и по форме, и по сути: часть свидетелей подтверждала наличие конфликтов между Щербанем с одной стороны, и Павлом Лазаренко и Юлией Тимошенко с другой, часть – нет. Но основные надежды ГПУ возлагала на “телемост” с остающимся в США Петром Кириченко. Экс-помощник Лазаренко обвинение не подвел. Он заявил-таки, что для оплаты убийства донецкого нардепа использовались “деньги Тимошенко”. “Со слов Матроса мне известно, что Щербаня убили из-за того, что он не пускал Тимошенко продавать газ в Донецком регионе”, – объяснял он, между делом фактически “подставляясь” под подозрения в соучастии в организации заказа. Защитники Тимошенко свидетельства Кириченко и других участников допросов опровергают. Но заняться какой-либо версией вплотную суду сложно – позже расследование “дела Щербаня” было приостановлено.

Без заказа виноватый

С момента гибели Георгия Гонгадзе миновало уже более 13 лет. Впрочем, еще в начале 2013-го украинское правосудие поставило нечто вроде точки с запятой в деле о похищении и убийстве известного журналиста. 29 января Печерский райсуд Киева приговорил Алексея Пукача к пожизненному заключению. Сторона разжалованного генерала с таким вердиктом не согласилась. Защита уверяла, что “убийственного” умысла у ее подопечного не было. С другой стороны, недовольными остались и члены семьи погибшего. “Будем подавать апелляцию, поскольку я не соглашаюсь с тем, что отсутствует заказной характер преступления”, – предупреждала тогда представитель другой стороны Валентина Теличенко, что и было выполнено. Собственно, и сам фигурант на суде призывал “спросить о мотивах убийства у Литвина и Кучмы”. Фемида к этому прислушалась своеобразно: совершенное Алексеем Пукачем убийство считается “умышленным, но не заказным”, а собственно гипотетический заказ Генпрокуратура расследует в рамках отдельного дела. Его перспективы пока оценить трудно. В феврале, по словам экс-первого зама генпрокурора Рената Кузьмина, “доказательств, подтверждающих причастность Кучмы к этому преступлению” было “достаточно”. Но в ноябре Виктор Пшонка заявил, что Леонид Кучма “допрашивался как свидетель” – не более того.

Зима не пройдет!

Казалось, что зимний сезон 2012-2013 может пройти в Украине сравнительно терпимо. Но уже в марте выяснилось, что и без того проблемная зима умеет подкрасться незаметно. Тогда аномальные снегопады обрушились на многие страны. В Украине же стихийное бедствие приобрело небывалый административный размах. Сначала поражающая воображение “снежная” пробка на трассе Киев-Чоп и заваленные сугробами города запада Украины, а спустя несколько дней – парализованный Киев напугали всерьез. Лыжи на Крещатике и сноуборды на Андреевском спуске из слегка экзотичной шутки превратились в не смешную правду жизни. Особую прелесть и без того “аховой” ситуации добавило поведение властей. Позже в столичной администрации организационный провал объясняли неточным прогнозом синоптиков и нехваткой снегоуборочной техники. Можно ли было это предотвратить – осталось тайной. Некоторые чиновники все-таки лишились своих должностей, но не глава КГГА, который в тот момент, когда на город надвигалась вполне ожидаемая буря, находился за границей. Впрочем, снежный апокалипсис-2013 запомнился не только беспомощностью тех, кто нас официально бережет от коммунальных бедствий, и катастрофическим состоянием дорог, которое он оставил “на память”, но и чудесами гражданской самоорганизации. Поддержанные многими кличи “Помоги ближнему!” и “Вместе мы – сила!” не прошли даром – и позже Евромайдан станет тому подтверждением.

Президентская милость

По мере того, как Киев и Брюссель все плотнее обсуждали перспективы Ассоциации с ЕС, европейская сторона все чаще поднимала вопрос об избирательности украинского правосудия и возможности освобождения “политических” заключенных. Украинские же власти традиционно ссылались не невозможность препятствовать работе судов. Собственно, “дело Тимошенко” на протяжении всего 2013 года оставалось примером такого подхода, если не считать кратких отходов в парламентскую сторону (да и то, большинство проектов “закона о лечении” все равно оставляли ключевую роль за судами). Но с Фемидой у осужденных оппозиционеров обычно не складывалось. Так, еще в начале апреля Высший спецсуд оставил в силе приговор Юрию Луценко. А спустя несколько дней президент благосклонно ответил на прошение омбудсмена о помиловании экс-министра внутренних дел. Запад тут же поприветствовал выход оппозиционера на свободу – идеологами концепции помилования часто называли наблюдателей от Европарламента Пэта Кокса и Александра Квасьневского. С возвращением после лечения Юрий Луценко имел хорошие шансы стать иконой оппозиционного движения. Но к сугубо политической деятельности он после заключения относился с осторожностью, предпочитая на нынешнем этапе, скорее, общественную деятельность. И хотя сторонники Луценко с увлечением перечитывают Конституцию, которая не содержит прямых запретов судимым избираться в президенты, в прямое соперничество с “триумивиратом” бывший министр не вступает. Но массовые протесты конца 2013-го, в которых Юрий Луценко принимал заметное участие, еще могут несколько скорректировать имиджевые последствия для многих политиков оппозиционного лагеря.

Бунт в поселке

Еще ответ общества на изнасилование и попытку сожжения Оксаны Макар показала, что украинцы все острее реагируют на попытки замять ход следствия или смягчить ответственность фигурантов резонансных преступлений. Но в очередной раз страну всколыхнуло дело рук не “мажоров”, а формальных правоохранителей. В конце июня-начале июля 2013 года в ответ на изнасилование местной жительницы милиционерами взбунтовался поселок в Николаевской области. Штурм здания РОВД отчаявшимися жителями, по их свидетельствам, годами страдающими от произвола “силовиков”, сделал название “Врадиевка” нарицательным понятием и серьезной угрозой для властей. В таких обстоятельствах о спускании дела на тормозах речь зайти не могла. Уже в конце ноября подозреваемые были осуждены, получив от 5 (пытавшийся скрыть преступление подчиненных начальник) до  15 лет. Но вот политические последствия народного гнева оставались было не слишком существенными даже с учетом знаменитого “врадиевского марша” на Киев, быстро “освоенного” политиками. Министр внутренних дел свое кресло сохранил, а к намерениям “повторить пройденное” (после Врадиевки несколько попыток штурмовать помещение управлений внутренних дел предпринимали и в других местах) милиция отнеслась без грана сочувствия. Но многие считают, что из искры возгорелось пламя – произошедшее во Врадиевке добавило огня уже зимним протестам по всей стране.

Призыв снят?

Осень-2013 стала знаковой для украинских молодых людей и членов их семей. 14 октября Виктор Янукович подписал указ о последнем призыве на срочную службу, выполнив тем самым свое давнее предвыборное обещание. Полностью контрактную армию Украине сейчас обещают после “проведения всех этапов государственной программы реформирования и развития ВСУ на 2013-2017 годы”. К тому времени общую численность вооруженных сил планируют сократить до 115 тысяч человек (против нынешних 184 тысяч). Контрактникам обещают повышенную зарплату, а деньги, сэкономленные на отказе от “срочников” собираются пустить на закупку новых техники и вооружения. Насколько успешно пройдет модернизация армии – покажет время. Пока же стоит отметить одно: весной следующего года последний призыв, по всей видимости, окажется не совсем последним. В ближайшие годы от “срочников” не планируют отказываться особые силы: привычная модель комплектации Госспецтрансслужбы и Внутренних войск МВД сохраняется. Хотя, и тут возможны изменения. После того, как к контролю над массовыми акциями в Киеве были привлечены многочисленные “ВВ-шники”, нередко разделяющие митингующих и “Беркут” живым кордоном, роль, задачи и функции милицейского войска серьезно озаботили не только общественных активистов, но и парламентариев-оппозиционеров.

Политбомба замедленного действия

Законотворчество избранников украинского народа порой ставит в тупик не только источник власти по Конституции, но и их же коллег. Так, небольшая и, на первый взгляд, несущественная поправка к Налоговому кодексу еще может серьезнейшим образом сказаться на ходе президентских выборов в 2015 году. В конце октября 2013-го парламентарии, среди других новшеств, поддержали многообещающее предложение: “В случае, если лицо имеет право постоянного проживания на территории иностранного государства, оно считается не проживающим в Украине”. И все бы ничего, да только налоговая оговорка тут же ударила по позициям одного из самых рейтинговых кандидатов. Виталий Кличко не скрывает, что имеет вид на жительство в ФРГ. Более того, вопрос сроков его регулярного проживания на территории Украины поднимался еще в канун парламентских выборов. В конечном итоге, “территориально-календарная” тонкость не помешала стать знаменитому боксеру народным депутатом. Но в 2012 году еще не существовало такой многообещающей поправки… Остроту ситуации добавило и бурное обсуждение авторства документа. Член фракции “Батьківщина” Игорь Бриченко открестился было от такого детища, но правоохранители его версию о фальсификации не подтверждали. Президент же обновление кодекса подписал, и с тех пор сохраняется неустойчивый статус-кво: “поправка Кличко” существует, ее “политическое” применение еще на практике не обкатывалось, а лидер УДАРа от своих президентских амбиций не отказывается.

Затянувшийся выбор

Определяющим событием 2012 года стали прошлые парламентские выборы. Но и 2013-й в этом отношении поначалу выглядел многообещающе. Во-первых, еще в конце прошлого года возникла необходимость провести довыборы в Верховную раду. Во-вторых, к началу лета рисковала остаться обезглавленной еще в одном отношении столица. Но действующему составу ВРУ запуск избирательных кампаний дается удивительно тяжело. После многомесячных препирательств стало очевидно, что срочные выборы в спорных округах в число приоритетов парламентского большинства не входят. В июле Крым успел делегировать в Верховную раду миллиардера Вадима Новинского вместо ставшего министром обороны Павла Лебедева, а выполнение “обязательной программы” все еще оставалось под вопросом. Наконец, после возвращения с каникул народные депутаты нашли в себе силы для “компромисса”. Надежды оппозиции на то, что выборы состоятся в октябре-ноябре – под Вильнюсский саммит (а, значит, привлекут пристальное внимание Европы), в жизнь не воплотились. Довыборы состоялись-таки по “региональному” расписанию – 15 декабря. И, несмотря на то, что страна на тот момент была взбудоражена антивластными протестами, пополнить оппозиционные круги в Раде почти не удалось. Только в одном (зато с огромным отрывом) из пяти спорных округов – 197-м – победил поддерживаемый парламентскими “меньшевиками” Леонид Даценко. Остальные “камни преткновения” приведут в парламент “поющего ректора” Михаила Поплавского, депутата Киевского областного совета от ПР Руслана Бадаева, николаевского губернатора Николая Круглова и “киевлянина прежде всего” Виктора Пилипишина. Впрочем, уже само проведение довыборов в парламент (пусть даже без нарушений не обошлось, а оппозиционеры называют их сфальсифицированными) можно считать достижением. Столице везет меньше. В начале июня 2013-го истек пятилетний срок полномочий Киевсовета. Но новые выборы Верховная рада так и не назначила. И пока парламентарии выясняют, какими должны быть эти выборы – плановыми или досрочными – и нельзя ли подождать до всеобщих местных, назначенных на 2015 год, городской совет продолжает работать. Конечно, в тех случаях, когда этому не мешают акции протеста – к легитимности представительского органа вопросов остается много.

Поворот не туда?

На протяжении почти всего 2013 года Украина готовилась к подписанию Соглашения об ассоциации с ЕС. И если в первом полугодии к темпам и сути этой подготовки у Брюсселя периодически возникали вопросы, то ближе к осени (и к самому саммиту в Вильнюсе) Киев начал выходить пусть не в “отличники” Восточного партнерства, но в достаточно крепкие “хорошисты”. Нерушимость пути в Европу подтверждалась и документально, и через ускоренно принимаемые парламентом законопроекты, и благодаря стойкости в противостоянии усилившемуся российскому давлению. Как выяснилось, стойкости этой надолго не хватило. Итог Ассоциации-2013 оказался драматичным. Ровно за неделю до саммита – 21 ноября в правительстве объявили, что подготовка к подписанию соглашения официально приостановлена. Европа, судя по реакции ее представителей, такому повороту удивилась. Но объяснение “Россия пригрозила” было принято. Правда, со временем украинское руководство популярно разъяснило, что дело не только в торговых проблемах с Таможенным союзом, но и в том, что соглашение об ассоциации невыгодно, подписывать его нельзя, а во всем происходящем виноваты безответственные чиновники, вовремя не предупредившие об угрозе отечественному производителю. Почему эта угроза стала сюрпризом – история умолчала. Неясны также и перспективы соглашения. Европейцы официально уверяют, что двери для Украины открыты, но неофициально предупреждают, что в ближайшее время вернуться к этому вопросу будет затруднительно. Особенно если учесть, что пока не до конца ясно, что стороны собираются обсуждать. Необходимость переделать соглашение Кабмин отрицает. По словам премьера, переговоры касаются механизмов имплементации. Но что за этим стоит, а главное – как быстро стороны хотят передоговариваться – еще неизвестно.

С братским приветом

Наращивание темпов евроинтеграции Украиной в конце лета 2013-го привело к обострению торговых отношений с Россией. Вслед за “шоколадной” и некоторых другими войнами Россия включила пробно-ужесточенный режим на границе. И эти усилия, когда комментировались, объяснялись просто: Киеву показывали, как живется “в разводе”. Несмотря на то, что прицельные евроустремления Украины подвергались критике даже на официальном уровне (а на полуофициальном – в государственных СМИ – она приобретала эпический размах), российский правящий дуумвират настойчиво объяснял: речь идет не об ультиматумах, а всего лишь о предупреждениях. Оные возымели действие: как упоминалось выше, от немедленной ассоциации Киев отказался. И почти сразу же после “кнута” включился “пряник”. “Ситуация возникла по ряду обстоятельств и причин, но она, эта ситуация, объективная. И если мы действительно говорим, что это братский народ и братская страна, то мы должны поступить как близкие родственники, и поддержать украинский народ в этой сложной ситуации”, – рассказал Владимир Путин, за что Украина получает скидку на газ и закупку облигаций на 15 миллиардов долларов. Подводные камни “московских соглашений” остаются секретом. Но следует помнить: апеллируя к экономическим причинам, украинские верхи приостановили и политическую интеграцию с ЕС. В правительстве уверяют: углубления “таможенной” дружбы это не означает. Но два государства уже поговаривают о том, чтобы “теснее координировать внешнеполитические шаги”. Осталось только выяснить, в чем это будет выражаться.

Ленин был

Декабрьские протесты надолго запомнятся не только Украине, но и, судя по всему, сочувствующим по всему миру. Однако следует помнить, что один из этих самых запоминающихся моментов резко выделяется на фоне общих, сравнительно мирных, настроений участников акций. Одни называют его “варварством”, другие – восстановлением исторической справедливости. В любом случае трудно преуменьшить историческую значимость разрушения памятника Владимиру Ленину в самом центре Киева. Для уже пострадавшего несколько лет назад монумента очередной воскресный всплеск народной активности стал последним. Вечером 8 декабря радикально настроенная часть манифестантов сбросила статую с постамента. Обошлись без техники – тросами, а затем и молотками, при помощи которых потом на протяжении несколько дней монумент дробили “на сувениры”. Власти акт вандализма категорически осудили, не удержавшись от спорных сравнений с уничтожением талибами статуй Будды в Афганистане (забыв при этом уточнить, когда памятник Ильичу вошел в список Всемирного наследия ЮНЕСКО). Не одобрили поступок “провокаторов” и киевляне в целом – об этом говорят соцопросы. “Официальный” Евромайдан также дистанцировался от происходящего. А ответственность на себя в итоге взяла “Свобода”, которая, похоже, не видит ничего плохого в порыве пойти другим путем, когда до демонтажа законным путем за годы независимости дело так и не дошло.

Мы вернулись

Резкий внешнеполитический крен в сторону Москвы часть украинского общества категорически не восприняла. Первые призывы к протестам прозвучали вскоре после того, как Кабмин озвучил свое эпохальное решение. Евромайдан набирал обороты: 24 ноября в центре Киева состоялся митинг, число участников которого, по данным организаторов превысило 100 тысяч человек. Но продолжающиеся манифестации не повлияли на позицию властей в Вильнюсе. По окончании саммита можно было бы ждать того, что акции “Украину – в Европу!” затухнут с приближением праздников. Но в ночь на 30 ноября “Беркут” агрессивно разогнал тех немногих протестующих, что оставались ночью на главной площади Киева. “Кровавая суббота” стала для протестов поворотной точкой: стихийный митинг на Михайловской площади собрался сразу же, а на следующий день в протестах приняли участие уже несколько сотен тысяч человек. Дальнейшие события: установка баррикад, захват КГГА, стычки на Банковой, свержение памятника Ленину, увеличение числа воскресных протестующих еще неделю спустя – входят в историю прямо у нас глазах. Переговорный процесс о прекращении “огня” не задался. Власти игнорируют политические требования демонстрантов и небуквально выполняют “общественные”, касающиеся освобождения преследуемых активистов и наказания организаторов атак спецназа, роль которых пока выполняет отстранение нескольких милицейских начальников, главы КГГА Александра Попова и заместителя секретаря Совета национальной безопасности и обороны (который внезапно оказался ведомством, занимающимся установкой новогодней елки в столице) Владимира Сивковича. Между тем все более частыми становятся происшествия с активными участниками протестов – сейчас МВД плотно занимается “неполитическим” жестоким избиением журналистки Татьяны Чорновил. И, хотя власти предпочитают считать, что “наметились первые признаки постепенного выхода Украины из декабрьского политического кризисна”, а очередное воскресное “вече” собрало уже меньше людей, Евромайдан пока расходиться не намерен. В новый, 2014 год, Украина входит на волне самых массовых со времен Оранжевой революции акций протеста. Чем же они закончатся?

Автор: Ксения Сокульская

Загрузка…

📰 ЛЕНТА НОВОСТЕЙ

⚡ ТОЛЬКО ВАЖНЫЕ

Жми «Нравится 👍🏻» - читайте нас в Facebook!

Спасибо, Я уже с вами! 😉