\"\"

В 1651 году в Англии вышел знаменитый трактат Томаса Гоббса о государстве – \»Левиафан\». На титульном листе был изображен гигантский человек, составленный из множества маленьких человечков.

Подразумевалось, что это и есть истинная природа государственной власти: единое лицо, создаваемое множеством лиц на основе общественного договора.

Идея, будто миллионы людей способны превращаться в монолит, чрезвычайно любима кабинетными мыслителями. Тут вам и \»общественный договор\», и \»национальный суверенитет\», и \»диктатура пролетариата\».

Никто не поясняет, как практически множество незнакомых друг с другом личностей могут заключать негласные договора, выступать в роли суверена или осуществлять диктаторские функции. Да это и не важно. Стройные теории живут и процветают в той же среде, где и рождаются: в книгах и академических дискуссиях. К реальной практике все это не имеет ни малейшего отношения.

На практике миллионы маленьких человечков никогда не превратятся в одного большого.

Зато один человечек может очутиться наверху, оседлав миллионы других.

Именно так устроен настоящий государственный Левиафан. Индивид, сидящий наверху, всегда стремится к расширению своей власти. Остальное зависит от того, много ли внизу человечков, готовых защищать свое личное пространство, свободу и собственность.

Если таких индивидов много, государственный человечек вынужден с ними считаться, и ведет себя более или менее пристойно. Если их мало, если их вообще нет, если сидящий наверху их не видит – тогда он пускается во все тяжкие. Что мы и наблюдали в Украине в последние дня ноября.

Многих угнетало унизительное чувство бессилия, положение беспомощных заложников ВФЯ. Многих раздражали заголовки типа \»Украина отказывается от ассоциации с ЕС\». Мол, на самом деле, от соглашения с Евросоюзом отказалась вовсе не Украина, а подлый и гадкий Янукович!

С этим трудно не согласиться. Но давайте представим, что Виктор Федорович решил не сторговаться с Владимиром Владимировичем, а все-таки подписать ассоциацию в Вильнюсе. Тогда новостной заголовок \»Украина выбирает ЕС\» не вызвал бы отторжения. Никто бы не задумался, что \»Украина\» не является субъектом и выбирать не может в принципе.

В любом случае выбор был бы произвольным решением президента Януковича. Причем, подписав ассоциацию, человечек из Межигорья не стал бы обращать больше внимания на человечков с Оболони или Троещины. Он стал бы чаще улыбаться высокопоставленным человечкам из Брюсселя, вот и все.

Как ни парадоксально, срыв ассоциации с ЕС пошел неравнодушным украинцам только на пользу. Он принес вынужденное отрезвление. Исчезла иллюзия обобщенной \»Украины\», якобы куда-то идущей.

Стало очевидно, что Виктор Федорович единолично распоряжается судьбами миллионов граждан, и что ему глубоко на них плевать.

Стало ясно, что добрый европейский дядя никому не даст избавленья.

Пришлось действовать самостоятельно. Разозлившись, обычные человечки вступили в противоборство с государственными человечками.

Сегодня для обозначения противника используются эвфемизмы вроде \»банды\», \»оккупантов\», \»орды\» и т. п. Никто не хочет признавать за Виктором Федоровичем, Николаем Яновичем и крымскими беркутовцами гордое звание \»государства\». Считается, что настоящего государства у нас нет – настоящее государство у них на Западе, хорошее и цивилизованное.

Но тамошняя цивилизованность обусловлена не силой государства, а его ограниченностью.

У рядовых западных человечков слишком много частной собственности, самоуважения, предприимчивости и готовности отстаивать свое. Это сковывает и сдерживает западных человечков, сидящих наверху. Они не могут реализовать все, к чему стремятся. Характерные государственные черты приглушены, и создается впечатление, будто мы имеем дело с неким добровольным образованием.

Но когда государственная власть ничем не ограничена, она проявляется во всей красе, и становится очевидна ее истинная суть: узаконенное насилие одних людей над другими.

Эту данность уже не замаскируешь красивыми выдумками в духе Гоббса или Руссо. Именно так обстоят дела у нас.

Украинские интеллектуалы всегда презирали Януковича за малограмотность. Но это как раз тот случай, когда ложные книжные знания только вредят. Мозг Виктора Федоровича не засорен \»общественными договорами\», \»национальными суверенитетами\» и тому подобные фантомами.

Янукович понимает государственную политику как взаимодействие отдельных личностей: самого Папы, Папиных приближенных, Рината, Путина и др. Такой взгляд на вещи намного адекватнее, нежели чьи-то интеллектуальные фантазии. Неграмотный бродяга, греющийся у костра, знает об огне больше, чем умник, разрабатывающий несостоятельную теорию флогистона.

К счастью, глава украинского государства потихоньку учит гнилую интеллигенцию уму-разуму. Он не позволяет нам жить среди изящной словесной шелухи.

Пока Виктор Федорович изображал великого евроинтегратора, еще можно было рассуждать о \»геополитическом выборе Украины\» и тому подобных вещах. Но как только Янукович показал себя, все это рухнуло. Мы очутились в реальном мире, где действуют не абстракции, а конкретные личности.

Здесь приходится иметь дело не с обобщенной \»державой\», а с живыми государственными людьми. Например, с бойцами \»Беркута\», зверски избивающими митингующих. С другими силовиками, не готовыми потерять человеческий облик. С министром Захарченко, отдающим приказы. С главой президентской администрации Левочкиным, женатым на прогрессивной художнице Зинаиде и подающим в отставку. С сотрудниками Кабмина, не сумевшими попасть на работу в заблокированное здание.

Вопреки лозунгам, здесь нет абстрактного \»народа\» или монолитной \»нации\». В наличии — конкретные люди, задетые за живое и готовые выйти на улицы ради себя и своих детей.

Другие люди выходят на те же улицы с провокационными целями.

Третьи остаются дома, довольствуясь ролью сочувствующих, враждебных или равнодушных наблюдателей.

Интересы множества индивидов переплетены самым причудливым образом. Кто-то кого-то использует, кто-то позволяет себя использовать, кто-то не хочет, чтобы его использовали, но все равно кем-то используется.

Одни неизбежно проиграют, а другие останутся в выигрыше. Чьи-то надежды оправдаются, а чьи-то будут похоронены. И сегодня никто не сможет предсказать завтрашний расклад.

Это больше, чем революция, – это реальная жизнь. Тут не осталось места для отвлеченных теоретических схем. Зато у государственного Левиафана есть имя, фамилия и отчество.  АвторМихаил Дубинянский