\"\"New York Times опубликовала крайне странную редакционную статью о «Восточном партнерстве» и попытках ЕС сблизить с Западом Армению, Азербайджан, Белоруссию, Грузию, Молдавию и Украину. Почему она «странная»? Потому что редакция New York Times очень недовольна использованием русскими той же тактики, которую использует Евросоюз. Вот как это формулируется в статье:

«Использование Европой торговых рычагов для поощрения демократии конструктивно и оправданно. Попытки России заставить бывших вассалов оставаться в экономической зависимости – нет. Европейский Союз предлагает нечто реальное и привлекательное. Россия, которая хочет, чтобы они присоединились к созданному ей, Белоруссией и Казахстаном таможенному союзу, предлагает одни угрозы».

Перед нами редкий пример открытой и беззастенчивой демонстрации двойных стандартов. Фактически, New York Times говорит: «Так как цели ЕС нас устраивают, он вправе использовать экономическое давление. А русские не должны этого делать, потому что их цели нам не нравятся». Редакция NYT не против экономических рычагов – но против того, чтобы их использовали русские. Почему русские должны согласиться с этими стандартами, разумеется, не объясняется.

Хочу отметить, что в этом вопросе мои симпатии полностью на стороне Евросоюза, и я не раз писал, что если бы я определял украинскую политику, то выбрал бы путь европейской интеграции. Тем не менее, все государства используют экономическое давление, чтобы достигать внешнеполитических целей – и всегда будут так делать. Именно это и означает быть государством. Страны предлагают друг другу соглашения о свободной торговле и двусторонние договоренности в награду за дружественное поведение и угрожают пошлинами, санкциями и даже эмбарго в наказание за враждебное поведение. Так работает мир.

Жаловаться на попытки России экономически «давить» на страны Восточной Европы столь же бессмысленно, как жаловаться на то, что солнце утром восходит, а вечером заходит, или на то, что в декабре бывает холодно. Разумеется, русские будут пытаться использовать экономические рычаги, чтобы защищать свои интересы. Так делает любая страна. Это не признак неких особых отсталости и варварства, это признак того, что Россия – государство.

Нужно говорить о том, как противодействовать зачастую неуклюжим и саморазрушительным стараниям России эксплуатировать свое экономическое влияние, а не жаловаться на сам факт их существования. Нравится нам это или нет, русские будут использовать на мировой арене свои экономические возможности. Все страны так делают. При этом Запад даже в своем нынешнем ослабленном состоянии намного богаче России, и если он будет вести разумную политику, у нее нетрудно будет выиграть в этой борьбе. Экономика ЕС примерно в восемь раз больше российской, так что это никак нельзя назвать столкновением равных.

Однако интеллектуальные усилия и дискуссия должны фокусироваться на выработке правильной политики, а не на том, чтобы выражать удивление по поводу вполне предсказуемых (и даже банальных) попыток Кремля использовать имеющиеся у него экономические рычаги.